— Точно не знаю, — ответил я тихо. — Но думаю… все будет в порядке.
Она слегка нахмурилась.
— Почему ты так думаешь?
Помолчал, подбирая слова.
— Потому что сейчас, здесь… ты мне нравишься. По-настоящему. Просто потому что ты рядом.
Дженнифер замерла, всматриваясь в мое лицо. Искала ложь и не находила.
— Правда? — неуверенно с надеждой спросила она.
— Правда.
Она слабо и устало улыбнулась. Опустила голову обратно мне на грудь и прижалась.
— Тогда тоже дай мне время, — прошептала она. — Узнать тебя. Нового. Понять, кто ты теперь.
— Хорошо.
— Обещаешь не убегать? Не закрываться?
— Обещаю.
Она глубоко вздохнула, полностью расслабляясь.
— Тогда все будет в порядке, — повторила она мои слова. — Как-нибудь разберемся.
Обняла меня крепче, ногу закинула поверх моих. Дыхание замедлилось и стало ровным.
Быстро заснула.
Я еще долго лежал без сна. Смотрел в темный потолок. Чувствовал тепло ее тела рядом, вдыхал запах волос, слышал ровное дыхание.
Что я сделал?
Усложнил все еще больше. Или наоборот, упростил?
Странное чувство теплоты разливалось в груди. Не вина, не обман. Что-то другое.
Может быть, начало чего-то настоящего.
Часы пробили два часа ночи. Потом три.
А я не мог уснуть. Мысли крутились, возвращались к одному и тому же.
Что делать дальше?
Как жить с этим обманом?
Как не причинить ей боль?
Наконец сон пришел. Тяжелый и без сновидений.
Проснулся от запаха бекона. Аромат жареного мяса, кофе и тостов проникал в спальню сквозь приоткрытую дверь. Солнце било в окно яркими полосами, занавески не задернуты. За окном пели птицы, слышался гул газонокосилки у соседей.
Посмотрел на часы на тумбочке. Половина десятого. Давно не просыпался так долго.
Рядом пустая кровать, простыни смяты, подушка сохранила вмятину от головы Дженнифер.
Я поднялся, натянул брюки, а рубашку накинул на плечи, не застегивая. Босиком прошел на кухню.
Дженнифер стояла у плиты, спиной ко мне. На ней только соблазнительная ночная рубашка, та самая белая, тонкая, до середины бедра. Тоже босые ноги, волосы растрепаны, светлые пряди падают на плечи. На сковороде шипел бекон, рядом в другой сковороде яичница, яркие желтки поджаривались на белом фоне.
Она услышала шаги, обернулась и улыбнулась.
— Доброе утро. Наконец-то проснулся.
— Доброе утро. — Подошел, обнял сзади и поцеловал девушку в шею. Кожа теплая, пахнет мылом и чем-то сладким, не могу понять, духи или лосьон.
Она прижалась ко мне спиной, накрыла мои руки своими.
— Спал как убитый. Я встала час назад, ты даже не пошевелился.
— Устал за неделю.
— Вижу. — Она повернулась голову, оставаясь в моих объятиях и посмотрела мне в глаза. — Сегодня выходной. Забудь про работу. Покажешь мне город?