Странно… Назвались обычными именами. Сейчас в ходу только прозвища. Когда все только начиналось, каждый боялся попасть под карантин. С подозрением на инфекцию помещали в спецприемники всех подряд. Эдакие лепрозории, там держали людей вместе со всеми их родственниками (мол контактные же). Потом народ смекнул, что представляться настоящими именами нельзя, чтобы родственников не подставлять. Так и пошли в ход прозвища. А потом, когда все совсем рухнуло, прозвища лишь укрепились. Частые стычки мирных общин с бандами мародеров заканчивались нередко смертью. Мародеры мстили и убивали обидчиков вместе с их семьями. Но когда у тебя нет фамилии и имени, а есть лишь прозвище — трудно понять, кто твоя семья…

— Мы ищем своих друзей, их похитили Апостолы, — выдал Кузнец. — Вы знаете, где их лагерь?

— Конечно, — не по годам хриплым голосом воскликнула худая женщина, её изможденное лицо на миг исказилось. — Два месяца мы провели у них в рабстве…

— Пойдемте в наш лагерь, там все обсудим.

Муж с женой последовали за нами. Мужчина заметно хромал, молча оглядывая всех исподлобья, а женщина не переставала сыпать благодарности.

В лагере гостей усадили на лавку из бревна и налили чай.

— А где ваша машина? — тараторила женщина.

— Мы пешие, — ответил я.

Лицо Алины еле заметно передернулось, но от меня это не ускользнуло.

— Как вы попали в плен? — неожиданно спросил я.

— Ну-у… Нас схватили на шоссе, когда мы скитались в поисках продуктов и переходили из одного поселение в другое.

— Как вам удалось сбежать?

— Нас отправили на сельхоз работы на поля, охрана напилась и мы угнали автомобиль.

— Почему вы больше никого с собой не взяли? — я как бы невзначай вытащил мачете и приблизился к парочке.

— Я не знаю… Все произошло так быстро… — залепетала Алина.

— Кречет, в чем дело? — воскликнул Хан.

— Просто, кто-то нагло врет! — грозно ответил я, приставив острие мачете к сердцу мужика. — Приехали вдвоем, словно, в свадебное путешествие отправились. Два месяца в плену, а волосы у дамочки ухожены и заплетены в косу. У мужика борода пострижена. Одежда на рабские лохмотья совсем не похожа, руки чистые. Да из них рабы, как из Кузнеца паркурщик. Кто вы на самом деле⁈

Щелк! — до боли знакомый звук передергиваемого затвора стал ответом на все вопросы. В руках у женщины блеснул пистолет. «ТТ-эшник калибр 7,62 мм магазин на восемь патронов, прошьет человека на раз» — машинально отметил я.

— Стоять! Оружие на землю! — завопила Алина, вскочив и сделав несколько шагов назад. — Червь, собери у них ножи, — кивнула она бороде.