— Это по тому письму? — нахмурилась она.

— Угу, — кивнула я.

— Да уж, удружила тебе мамка, — сокрушенно вздохнула Римма Марковна, — и это родная мать. Что уж про остальных родственников говорить. Как стая ворон накинулись.

— Ничего, справлюсь. И не с такими проблемами справлялась.

— Справишься, Лида, — грустно кивнула Римма Марковна, — деваться-то тебе некуда. Либо ты их, либо они тебя. Вот и приходится воевать со всеми. А была бы ты замужем — и горя бы не знала. Вот посмотри, Пётр Иванович…

— Римма Марковна, — рассвирепела я, — мы же с вами договорились! Почему вы опять нарушаете⁈

— Ну мало ли о чем мы когда-то беседовали, — коварно сделала вид, что ничего такого и не было, Римма Марковна, — сейчас вот совсем другие времена настали. Тебе защита нужна и поддержка. Сильное мужское плечо.

Она ещё что-то там говорила и говорила. Я смотрела на неё, пропуская это ворчание мимо ушей. И вдруг меня осенила простая мысль!

Всё было до безобразия просто!

От осознания этой мысли улыбка наползла на моё лицо.

— Чего смеёшься? — подозрительно покосилась на меня Римма Марковна. — Я всё верно говорю…

— Римма Марковна, — перебила старушку я, — а почему вы сами замуж не выйдете?

— Старая я уже для всего этого, — огрызнулась Римма Марковна.

— А сколько вам лет?

— Семьдесят два… — вздохнула она, — будет… зимой.

Я зависла. Смотрела на нее во все глаза и понимала, что я ничего не понимаю. Я ведь думала, что Римме Марковне хорошо эдак за восемьдесят. А она ещё вполне даже не старая.

— Что? Что смотришь так? — брюзгливо проворчала Римма Марковна, — Да, я старый, пожилой человек, преклонного возраста, и мне много-много лет! И не надо на меня так смотреть!

— Но Римма Марковна, — задумчиво сказала я, рассматривая её совсем другими глазами, — вы же еще очень даже ого-го!

— В каком это смысле? — настороженно зыркнула на меня она.

— А то, — ответила я, — Семьдесят два — это прекрасный возраст. Это не угасание, а наоборот…

— Много ты понимаешь, — проворчала Римма Марковна, при этом было видно, что равнодушный вид она явно напускает, — суставы ломит, сердце барахлит, мигрени замучили, поджелудка совсем взбесилась, какое уж там ого-го⁈ Тут каждый день живёшь как последний.

— Здоровье и у молодого может барахлить, — ответила я, — тут уж ничего не поделаешь, нужно лечиться и держать себя в форме. А вот во всём остальном…

— Что с остальном? — вскинулась Римма Марковна.

— Нужно и можно привести себя в порядок, подлечится, заняться собой, глядишь, и мужчина найдётся.

— Да ты что такое говоришь, Лида⁈ Какой мужчина в моём возрасте?