«Держитесь за меня!»
Он собирался применить «Телепортацию» назад в городок Тизамо!
Как раз в этот момент лицо трупа в золотой маске повернулось к нему.
Тело Лумиана похолодело; не имея возможности больше заботиться о Камю и остальных, он тут же собрался активировать чёрную метку на правом плече.
Внезапно он увидел, как глаза на лице холодного трупа, проглядывавшие из-под золотой маски и окружённые белой и чёрной красками, распахнулись.
Это была пара холодных ледяно-голубых глаз.
Ледяно-голубые глаза? Лумиан обомлел, ощутив нечто знакомое.
Это…
Это же глаза Наборедесли!
Чёрт, как Наборедесли может быть здесь? Как он может быть холодным трупом внутри чёрной древней гробницы?
С какой стати Он может даровать Потусторонние силы пути «Пленника»?
Да не, фальшь, это не Наборедесли, просто глаза похожи…
Пока мысли Лумиана стремительно сменяли друг друга, он увидел, что в этих ледяно-голубых глазах промелькнула некоторая улыбка — улыбка с оттенком иронии, прозрения и уверенности.
Это кардинально отличалось от мучительного выражения в тех ледяно-голубых глазах на острове Гант.
Внезапно полузасохшее, бешено колотящееся тёмно-красное сердце вылетело из руки золотого трупа и устремилось за пределы окончательно распавшейся Мёртвой реки.
Низкорослая фигура рванулась туда, подобно лягушке, и сходу схватила то сердце; это был Людвиг с окровавленным ртом.
Улыбка в ледяно-голубых глазах золотого трупа стала немного более непринуждённой.
Он кивнул Лумиану и по собственной воле откинулся назад, снова улегшись на прежнее место, совершенно не думая воспользоваться возможностью, чтобы вырваться из чёрной древней гробницы.
Раздался плеск иллюзорной воды, и распашная дверь склепа стала постепенно закрываться.
Сидевшая у двери фигура, предположительно являвшаяся Даосом Преисподней, вслед за этим исчезла.
Это… Труп Наборедесли, кажется, не желает покидать склеп… Как Он вообще туда лёг изначально, сам улегся? Лумиан не мог понять причины и мог только посмотреть на Людвига, обнаружив, что этот маленький мальчик подносит полузасохшее тёмно-красное сердце к своему рту.
Лумиан хотел помешать, но у него не было такой возможности, да и окружающие трупы, похоже, привлекали Людвига куда меньше, чем то полузасохшее сердце.
Бам!
Дверь склепа окончательно закрылась, и вся зона внезапно содрогнулась.
Лумиан и остальные снова увидели фрагменты снов, увидели, как всё вокруг стало размытым.
После короткого забытья Лумиан обнаружил, что лежит посреди улицы, где вокруг не было освещения, а высоко в небе ярко сияла алая луна, проливая свой свет.