Будущего не было. Оно сгорело там, внизу, в огне Вашингтона, Нью-Йорка, Бостона. Осталось только настоящее, металлическая коробка, летящая в радиоактивной пустоте, и прошлое, которое теперь казалось бесконечно далёким и наивным.
— Связь? — хрипло спросил Джонс.
Его собственный голос показался чужим.
— Спутники молчат, наземные ретрансляторы уничтожены, — ответил Шaw. — Пытаемся установить связь через систему VLF (сверхнизких частот) с подводными лодками. Эфир мёртв, господин президент.
Джонс медленно покачал головой. Он больше не являлся президентом Соединённых Штатов. Соединённых Штатов не существовало. Он был главой призрачного правительства, парящего над пеплом человечества. Он снова посмотрел в иллюминатор. Там, где раньше было зарево, теперь поднимался в небо гигантский, чудовищный гриб. Он был цвета гниющей плоти, и он являлся памятником его собственным решениям, его гордыне, его слепоте.
Мужчина отстегнул ремень и поднялся. Ноги едва держали.
— Полковник, — приказал он, обращаясь к Шaw. — Ложитесь на курс «Пенсильвания».
— Сэр? Но протокол…
— Протоколы мертвы, — перебил его Джонс.
Голос президента был тихим, но в нём не осталось и тени сомнения.
— Нам нужна земля. Любая. И нам нужно найти… тех, кто выжил.
Он посмотрел на экраны, теперь тёмные, за исключением одной-единственной карты с их маршрутом. Они были последним островком разума в сошедшем с ума мире. И этот островок нёсся в неизвестность, унося с собой тяжесть вины, которую никому уже не искупить.
25 октября, 01:08. Подземный командный центр «Вороний Утёс» (Site R), Пенсильвания.
Кларк Джонс сидел в кресле у главного экрана, на котором мигала карта Тихоокеанского побережья. Большинство точек, серые, мёртвые. Несколько, красные, с пометкой «ГИДРОАКУСТИЧЕСКАЯ АНОМАЛИЯ». В углу экрана пульсировал график. Резкий всплеск давления, за которым последовало гидродинамическое возмущение, расходящееся от эпицентра со скоростью 700 км/ч. Тишина в бункере была густой, тяжёлой, как вода в затопленной подлодке.
— Подтвердите источник, — прозвучал голос Джонса.
Генерал Роберт Харпер, начальник разведки, стоял рядом. Его обычно румяное лицо теперь было цвета пепла. В руках он сжимал рапорт.
— Сэр… Данные с остатков системы SOSUS и дрейфующих буёв NAVAID, однозначно указывают на подводный ядерный взрыв мощностью 1,8–2,2 мегатонны. Эпицентр, в 48 километрах к западу от Сан-Диего.
Харпер сделал паузу, глотая воздух.
— Характер сигнала… не соответствует ни одной известной американской или союзной системе. Но он точно совпадает с данными, полученными нами в 2023 году по российскому проекту «Посейдон». Беспилотный подводный аппарат с ядерной энергетической установкой и боевой частью мегатонного класса.