— Вот и хорошо, — ещё мягче улыбнулся Дарий. — Я попрошу одну из своих дочерей показать тебе самые живописные виды Парса. Поверь мне — ты не пожалеешь о потраченном времени.
— Ничуть не сомневаюсь, Ваше Величество, — поспешил ответить я. — Но… я чего-то не понимаю…
— А ещё, в Парсе есть прекрасный, знаменитый на весь мир, концертный зал, с самым лучшим и качественным оборудованием, — продолжил Дарий, понизив голос до доверительного и намекающего одновременно. — Он рассчитан на единовременный приём до пяти с половиной тысяч зрителей.
— Зал…? — сбившись с мысли, повторил за ним я.
— Да, — кивнул с улыбкой Дарий. — «Парсехолл», один из крупнейших на Востоке. Но, если тебе больше нравится формат стадионов или площадей, — поспешил добавить он, — то спешу заверить, в Парсе их тоже предостаточно.
— То есть… я правильно понял… что вы даёте мне разрешение на… концерт? — очень-очень осторожно, словно бы не веря самому себе и ступая на чрезвычайно тонкий ледок, проговорил я. Слишком это предположение не вязалось со всей той информацией об отношении ко мне и моим концертам людей, обладающих Властью в этом мире. Не то что не вязалось — в прямую противоречило ей. В поисках поддержки я даже перевёл взгляд на Катерину, но та мне ничуть не помогла, лишь пожав плечами.
— Концерт? Зачем концерт, дорогой, — стал на несколько мгновений похож на типичного восточного торговца Шахиншах. Даже карикатурного. — Концерты. Много концертов. Такой талант, как у тебя, преступно прятать от мира!
— Я… ничего уже не понимаю, — честно признался, тяжело вздохнув и отклонившись назад.
— Да чего тут тебе непонятного, — не удержалась и мученически вздохнула, закатив глаза Катерина. — Дождь ему нужен. Дождь.
— Дождь? — понимая ещё меньше прежнего, перевёл взгляд с Катерины на Дария я. — Причём тут дождь?
— Вся Передняя Азия и Ближний Восток — вододефицитные районы, — пояснила свою предыдущую мысль Катерина. — Горы и откровенные пустыни. Ты, со своим циклоном, теперь — самый желанный для всех здешних правителей ресурс.
— Грубо, Катенька, — укоризненно вздохнул Дарий. — Очень грубо. Зачем же так-то?
— Но…? — перевёл взгляд с «пфэкнувшей» Катерины на Шахиншаха я.
— Но, в чём-то она действительно права: вода, для нашего региона — это жизнь и процветание. А дождь, который идёт именно тогда, когда он нужен, а не тогда, когда переменчивой и своевольной небесной сфере будет угодно — настоящее благословение…
— Подождите, — нахмурился я, пытаясь осознать и переварить, как-то уложить в своей голове только что сказанное. — То есть, я не напугал вас «потопом», а… соблазнил⁈