В общем, всё нормально, всё, как всегда, ничего необычного, ничего ненормального… Единственно, только… усталость, наверное, сказывается — часто стал травмы получать. То нож себе в руку воткну, перерезая пластиковую стяжку, так, что буквально в миллиметре от вены лезвие прошло. Нож! Себе! Да сроду со мной такого не было. Ещё с пиздючества, когда я, чтобы с ножами «породниться», в постель к себе их обнажённые клал и спал на них — и ничего, не резался, действительно, словно бы продолжением руки, частью собственного тела их чувствовать начинал: и кидал их в мишень, и из дерева разные фигурки вырезал, и ел с ножа, и чего только не делал. И хоть бы хны! А тут: взял и себе в руку воткнул. Да ещё и нож-то хороший попался, острый. Кожу прошёл, даже не заметив и чуть не на полтора сантиметра в мышцу погрузился…
Но, всяко бывает. Кровь слизал, глянул, что вена не задета, пластырем заклеил и дальше работать.
То с поцарапаешься где-нибудь, на ровном месте, то синяк посадишь. То об балку в подвале голову разобьёшь. Вон, с велосипеда свалился — коленку рассадил. На следующий день бошку пробил об арматуру, на которой кондиционер крепится, просто не заметив его: с размаху втемяшился — к велосипеду наклонялся. Да так хорошо приложился, что кровища аж по лицу потекла. Ну идиотизм же!
Прям уж из дому выходить боюсь.
Но это всё так, естественно, не серьёзно. Причитаю просто. Кому пожаловаться-то, кроме читателей? Перед окружающими же лицо и марку держать надо: кровь смахнуть, сказать «пустяки» и с каменной мордой дальше топать, ехать или работать… А перед читателем, как перед доктором или священником, можно и не стесняться. Всё равно ведь, никого из них никогда не увижу — сколько вас? Тысяч двадцать от силы? Из ста сорока миллионов населения страны. Какова вероятность встретить? Двадцать тысяч к ста сорока миллионам? Это двадцать к ста сорока тысячам. То есть, один к семи тысячам. То есть, одна целая, четыре десятых на десять в минус четвёртой. Меньше одного процента.
То есть — никогда. А значит — и не стыдно в слабости признаться. Всё равно ведь, никто из моих близких, или тех, с кем я общаюсь, мои книжки не читает. И не станет читать…
Так что, всё у меня здесь нормально. Настолько нормально, насколько это вообще может быть нормальным (про цветные плёночки, что в моём подвале и под мостом в паре кварталов от него так и продолжают висеть нетронутые, помолчим).
О! Не один я, кстати, побитый-поцарапанный хожу. Вот Василий, «заказчик» мой, тот, который фанфик по Марвелу заказал, тоже с забинтованной правой рукой в прошлый раз на встречу пришёл. Точнее даже не с забинтованной, а с загипсованной. Вроде бы пара пястных косточек у него треснула. Или даже переломилась. Ну, насколько я вообще что-то в наложении гипса и повязок разбираюсь. Сам-то он ничего рассказывать, естественно, не стал: тоже морду кирпичом держит и имидж крутого парня соблюдает. Но факт: где-то он поломался, да…