Я пел.
Я пел так, словно бы сам был Ромой «Зверем», будто бы был одержим его духом. Буд-то бы не я, а он сейчас скакал перед фонтаном, бил по струнам и «скриммил» в микрофон, который словно бы сам собой соткался из воды и раствора пыли в моей руке.
Песня захватывала. Вспоминался клип. И то, как по лицу певца текли струи дождевой воды.
Дождь. Там весь клип лил проливной дождь.
Наверняка, их там во-всю поливали из шлангов на съёмках. Но мне-то «шланги» не требовались!
Ещё на первых вводных строчках, небо, ещё минуту назад яркое, солнечное, летнее, начали застилать образующиеся прямо из ничего дождевые тучи, которые становились шире и больше, разбегались своими краями над городом во все стороны. Это могло бы вызвать в городе шок и панику, если бы… всё внимание итак не было поглощено мной.
Так что, дождь, начавшийся на словах:
— 'Любовь зарядила дожди-пистолеты.
Любовь зарядила холодное лето.
Не жалко, не жалко. Летит твоё лето.
Щелчок зажигалки, дожди-пистолеты…' — никто не удивился тому, что с неба действительно ударили водные струи летнего тёплого ливня. Тёплого, оживляющего и освежающего, от которого не хотелось прятаться.
— 'Нам с тобой грустить нельзя,
Паровоз мой на верёвках.
Здравствуй, лето без тебя
На стеклянных остановках
Разлетаются, звеня,
Мимо сердца, мимо, мимо
Капли летнего дождя
По витринам, по витринам.
Любовь зарядила дожди-пистолеты,
Любовь зарядила холодное лето.
Не жалко, не жалко — летит твое лето;
Щелчок зажигалки, дожди-пистолеты…' — я бесновался на площади, перед фонтаном. А с неба били струи дождя.
В этот раз уже не было никакого «Иллюзорного мира». Только я, микрофон, гитара, группа и ливень. И этого хватало.
Зрители тянули вверх руки. Улыбались. Особо впечатлительные импульсивные и эмоциональные ещё визжали, как настоящие фанаты на концерте. Всем было весело.
И мне тоже.
Нет, ну правда ведь: я не злой. У меня бывает: находит. Бывает, что накапливается. Бывает, что злюсь и гневаюсь. Бывают и настоящие срывы, как тогда в Берлине… бывают. Ну, теперь, после Берлина, точно бывают — раньше-то не было. Но, в целом, я не злой. И даже почти не злопамятный. Гнев выплеснул, скинул и можно теперь дальше любить жизнь, мир, небо и всех вокруг.
Вот я и любил. Дарил окружающим восторг и радость, сам получая от этого не меньшее удовольствие.
Жаль только, что песня быстро кончилась. Так-то она коротенькая.
А дождь… не кончился. Дождь лил.
И это вызвало новую ассоциацию. Пробудило в памяти другую песню. Медленную и торжественную, сильную и полную внутренней силы. Тоже про дождь.