Однако же — вот оно! Видение… Пусть будет «видение», пока не смогу придумать более подходящего термина… Хотя? Писатель я или не писатель? Писатель! Пусть и только в одном мире. Не важно — писатель!
А у писателей есть своя терминология. И в ней, то, что я только-что видел-чувствовал — описывается простым словом — «интерлюдия»! Так, его и буду использовать для обозначения в рассуждениях с самим собой… и читателями.
«Интерлюдия», которую может наблюдать главный герой — чит. Ещё один, блин, чит в мою читерскую копилку. Не настолько крутой, как «регрессия» и «петли», но тоже — огонь!
Однако, не о том речь.
Я не умер! Опять не умер. Даже обидно как-то становится. Столько труда — и всё мимо кассы. В прямом и переносном смысле! Сколько уже Алина на всех этих неудавшихся покушениях недозаработала? Миллионы?
Однако, вот так взять и умереть, когда так всё интересно становится… когда, такие красочные «приходы» идут — кощунство!
В общем, как дело было? На меня упала гора. Вот просто взяла, оторвалась от основания и завалилась набок, накрыв меня собой целиком. Но я об этом, вроде бы, уже говорил и достаточно подробно. Не буду повторяться.
Итак: меня накрыло и вмяло, так как я не успел смыться. Плотность и прочность моей «покровной» оболочки оказалась выше плотности накрывшей меня породы, так что меня не расплющило, не раздавило, не перемололо в кашу — я умудрился пережить эту секунду. А дальше: меня накрыло. И не только в прямом смысле. В переносном тоже: я увидел что-то невообразимое. Хотя, как можно было вообще хоть что-то увидеть в полной, абсолютной темноте, которая царит под более, чем километровым слоем камня? Никакой свет сюда ведь не проникает, что автоматически означает, что он не отражается и не может попадать на светочувствительные рецепторы моих глаз. Не из чего мозгу в зрительном центре формировать изображение! Просто, не из чего!
Если только… я сам не излучаю свет, который мог бы отразиться от окружающей среды и дать какую-то картинку… Но это уже на грани бреда. Даже, если б я его излучал, камень окружающей породы был слишком близко к моему телу, чтобы что-то видеть в этом свечении. А я видел не просто невнятную шершавую поверхность в сантиметре от глаз, я видел небо!
Я видел горы. Я видел то самое плато и тех самых людей. Видел, слышал, мог разглядеть и запомнить каждого из них. При этом, у меня самого какой-то определённой точки нахождения в пространстве не было. Как и угла обзора либо слепых зон. «Изображение» не двигалось и не перемещалось. Моё внимание было, словно бы рассеяно по всему плато сразу, я воспринимал там одновременно всех. Не требовалось перемещаться или настраивать «зрение»…