Помог этому слонопотаму встать на ноги и, подставив плечо, повёл на выход.

Следующий вагон встретил нас грохотом коротких пулемётных очередей. Дед Егор стоял у первого гнезда и вдохновенно постреливал по пушкарям, планомерно поворачивая ствол из стороны в сторону.

— Егор Евсеич, — окликнул я его, — главное, смотри, чтоб в ответ по тебе никто не пальнул. Что-то они затихли пока. Видать, Зигмунд так распорядился. Но я его подстрелил, а артиллеристы на твою стрельбу обозлиться могут и про приказ забыть. Ты их сильно-то не дразни, но и к пушкам особо не подпускай.

— Не учи, ваш благородь, учёного. Лучше ещё дисков поднеси, — дед лихо отщёлкнул опустевший магазин и, откинув его в сторону, вставил новый. Оглянулся на нас: — Чего с Гордеем-то моим? Ишь, взбледнул-то как, родимый.

— Нормально всё будет, — заверил я старика. — Выберемся отсюда и подлатаем. Отвезём его к доктору хорошему, знакомцу нашему. Тот Гордея вмиг на ноги поставит. А ты давай этот диск экономно кончай да, как инженера дождёшься, вместе с ним за нами иди, не задерживайся. Хватит уже куражиться, убираться пора из этого вертепа.

Следующую переходную площадку мы с кочегаром преодолели уже гораздо легче. Гордей более-менее собрался с силами и избавил меня от необходимости волочь его на себе. Пошёл за мной самостоятельно, лишь немного приотстав.

А я открыл дверь в последний вагон и отшатнулся. Чем они тут дышали?

Инспектор с моим клыкастым телохранителем уже раскочегарили броневик, превратив вагон в какую-то коптильню.

— Вы там живые ещё? — взобравшись на броневик, заглянул я в люк.

— Крышку закрой, дым не напускай! — вместо ответа рявкнул на меня орк.

Сидя на месте водителя, он изучал рычаги управления, а инспектор вовсю активничал у пылающей топки, закидывая в неё уголь лопата за лопатой.

Указание орка я, понятное дело, проигнорировал. Тут Гордея нужно было как-то в броневик загрузить, какая уж там к чёрту крышка⁈ Да и дед с инженером потом с этой тяжеленной дурой могли и не справиться. Один старый, другой — интеллигент ни разу не спортивный.

На крышу броневика Гордей ещё относительно легко вскарабкался. А вот пролезать через люк, я, пока ему помогал, чуть не сдох. Семь потов с меня сошло, еле справились.

— Сейчас остальные прибегут, — вытирая мокрый лоб, сообщил я орку, — и сразу валим отсюда, пока бульбаши мост не подожгли.

— Какие бульбаши, какой мост? — удивился Тимон.

— Какой-нибудь, — отмахнулся я. — Понял, как этой дурой управлять? Я смотрю, тут рычаги, почти как на тракторе. Похоже, ход колёс с каждой стороны отдельно подключается.