Внутри кабины, обшитой матовой сталью, царила идеальная, мертвая тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом магнитных рельсов. На электронном табло над дверями стремительно менялись красные цифры: -5… −8… −11…

Жека стоял по центру кабины. В правой руке он держал ручку своего старого, потертого ящика для инструментов, обшитого изнутри свинцовыми пластинами. Ящик был невероятно, неестественно тяжелым. Жеке казалось, что у него сейчас оторвется плечо, но он даже не морщился.

Кольцо на его безымянном пальце светилось ровным зеленым светом.

Пульс: 70 ударов в минуту.

Идеальный корпоративный солдат едет выполнять свою работу.

Цифры на табло мигнули: -14… −15. Кабина плавно замедлила ход.

— Внимание, — раздался из скрытых динамиков синтезированный голос системы безопасности. — Уровень минус пятнадцать. Технический сектор. Зона абсолютного карантина. Персонал эвакуирован. Сканирующие контуры отключены по приказу Службы Безопасности. Удачи, Изолятор.

Двери бесшумно разъехались в стороны. Перед Жекой открылся длинный, полутемный коридор, уходящий в недра насосной станции охлаждения. Ни одного охранника. Ни одного патрульного дрона. Корд сдержал слово — он расчистил путь от людей и сканеров, боясь, что любой лишний магический фон спровоцирует детонацию.

Жека шагнул в коридор. Двери лифта за его спиной закрылись, отрезая путь к отступлению.

Он прошел десять метров, завернул за массивную бетонную колонну, чтобы точно скрыться из поля зрения объективов внешних камер, и со стуком опустил свой тяжелый ящик на пол.

Щелкнул левый замок. Затем правый. Жека откинул тяжелую свинцовую крышку.

Из недр ящика, вперемешку с гаечными ключами и мотками изоленты, показалась рука с облупившимся черным лаком на ногтях. Затем наружу высунулась копна розовых волос.

Лилит уперлась ладонями в края ящика и, невероятно изогнувшись, выбралась на бетонный пол. Для обычного человека просидеть полчаса в такой тесноте было бы физически невозможно, но суккубы обладали другой анатомией.

Она распрямилась, со звонким хрустом разминая затекшую шею, и брезгливо отряхнула свою безразмерную куртку от металлической стружки.

— Твои ключи воняют старым маслом, Изолятор, — поморщилась она, сплевывая на пол. — И ты мог бы положить туда подушку. У меня синяк на половину бедра от твоей кувалды.

— Скажи спасибо, что я не забыл сделать в свинце дырки для воздуха, — Жека едва заметно улыбнулся, глядя на её недовольное лицо.

Эта безумная идея родилась у них по пути от клиники Лены. Лилит наотрез отказалась сидеть в гараже, пока он идет на верную смерть.