— Женя? — её голос дрожал. В нем не было привычного льда. Была паника и… уважение? — Женя, ты что, банк ограбил? Или почку продал? Откуда такие деньги?
— Я устроился на работу, Марин, — сказал он, глядя на шпиль башни «Этернити», уходящий в облака. — На нормальную работу. Начальником отдела техбезопасности.
— В «Корд Индастриз»? — она выдохнула это название с придыханием. — Серьезно? Ты не врешь?
— Я же перевел деньги. Какие еще доказательства нужны?
В трубке повисла тишина. Жека слышал, как она дышит. Впервые за пять лет он чувствовал, что выиграл этот раунд.
— Алиса будет учиться в гимназии, — твердо сказал он. — Я заеду в воскресенье. Купим ей форму.
— Да… конечно, — голос Марины стал мягким, почти ласковым. — Приезжай. Я… я испеку пирог. Тот, с вишней, который ты любишь.
Жека сбросил вызов. Пирог с вишней. Пять лет он ждал этого пирога. И всего-то нужно было продать душу дьяволу в белом костюме.
«Не душу, — одернул он сам себя. — Только навыки. Я просто буду крутить вентили».
Он подошел к своему «Форду». На фоне сияющих лимузинов и внедорожников на парковке его старый фургон выглядел как ржавое ведро с болтами. Убого. Жалоко. «Ничего. С первой зарплаты куплю новый. Или починю этот так, что он летать будет».
Жека сел за руль. В салоне пахло старым табаком и дешевым ароматизатором «Елочка». На пассажирском сиденье валялась обертка от шаурмы, которую не доела Лилит.
Лилит. Совесть кольнула его острой иглой. Он оставил её там, в гараже, одну. Испуганную.
«Я всё объясню. Куплю ей тот красный телефон, нормальный, не битый. Сниму нам квартиру в центре. Она поймет».
Телефон снова пискнул. СМС. Жека улыбнулся. Наверное, Марина пишет список покупок для Алисы. Или благодарит.
Он разблокировал экран. Сообщение было с незнакомого номера. Текст был коротким.
«Ты живой? Это Лилит. С телефона соседа пишу. Мой сдох. Жека, дрон вернулся. Он не улетел. Он висит прямо у окна гаража. Красный глаз горит. Он смотрит. Жека, мне страшно. Возвращайся».
Улыбка сползла с лица Жеки. Он поднял глаза на башню. Её верхушка сияла в ночи, как маяк. Корд не просто нанял его. Он взял его под колпак. Вместе с гаражом, вместе с Лилит, вместе с Алисой. Каждый его шаг теперь был под прицелом красного сенсора.
Аванс в полмиллиона вдруг показался не платой за работу. Это была цена за входной билет в клетку.
Жека швырнул телефон на соседнее сиденье, врубил передачу и вдавил педаль газа в пол. «Форд» взревел и рванул с места, оставляя за собой шлейф сизого дыма.
Будильник не звонил. В этой новой жизни будильники были не нужны. Ровно в 07:00 шторы «блэкаут» бесшумно разъехались в стороны, впуская в комнату серый, безнадежный свет питерского утра. Одновременно с этим климат-контроль сменил режим с «Ночной прохлады» на «Бодрое утро», наполнив воздух легким запахом цитруса и озона.