Виктор Корд рассмеялся. Это был короткий, сухой смешок.

— Валериан, я ценю твой юмор, но это физически невозможно. Температура распада маны в ядре «Химеры» — около двух тысяч градусов по шкале Цельсия, плюс ментальное давление, способное расплавить мозг обычного человека за секунду. Смертный превратился бы в овощ, едва открыв капот.

— Однако он не превратился, — Валериан подошел к Корду вплотную. От вампира веяло могильным холодом. — Он сунул руки в поток. Я видел искры на его коже. Они гасли, Виктор. Они просто гасли, касаясь его. Он назвал это «высокой сопротивляемостью».

Улыбка сползла с лица Корда. В его глазах зажегся тот самый фанатичный огонь, который пугал инвесторов больше, чем убытки.

— Гасли? Ты уверен?

— Абсолютно. Он починил твой хлам за две минуты, взял с меня пять тысяч рублей и уехал.

Валериан брезгливо стряхнул невидимую пылинку с плеча Корда.

— Я жду компенсации, Виктор. И новую машину. Нормальную. Бензиновую. Без этих твоих фокусов. А этот экземпляр… забирай. И разберись со своими формулами, пока они не убили кого-то важнее меня.

Вампир развернулся и направился к выходу, стуча тростью по полимеру.

— Имя! — крикнул ему в спину Корд. В его голосе впервые прозвучало нетерпение. — Как его звали?

Валериан остановился в дверях. Он медленно обернулся и, скрыв насмешку за непроницаемыми очками, ответил:

— Разве твоя всемогущая система не может вычислить одного смертного в грязной робе? Ищи сам, Виктор. Считай это тестом на профпригодность твоей хваленой службы безопасности.

Двери бесшумно закрылись за его спиной, оставив Корда наедине с уязвленным самолюбием.

Как только двери за вампиром закрылись, Корд бросился к столу.

— Система! — рявкнул он. — Загрузить телеметрию объекта «Химера-01» за последний час. Приоритет красный.

Воздух над столом задрожал, формируя трехмерную модель черного лимузина. Рядом побежали графики, цифры, диаграммы.

Корд жадно вглядывался в данные. Вот пик. Перегрев ядра. Критическая ошибка совместимости контуров. Уровень маны зашкаливает. Система орет об угрозе взрыва. А потом…

График рухнул вниз. Вертикально. Не плавное снижение, не стабилизация. Мгновенная тишина. Показатели маны в точке контакта с двигателем упали до абсолютного нуля.

— Этого не может быть, — прошептал Корд, проводя рукой сквозь голограмму. — Ошибка датчиков? Нет, дублирующие системы показывают то же самое. Локальная аннигиляция эфира.

Он перемотал запись с камер наружного наблюдения автомобиля. Качество было плохим — магический шторм давал помехи. На экране всё рябило фиолетовым снегом.