Лилит сидела на антресоли. Она забилась в самый дальний угол, к стене, под старые плакаты. Она обхватила колени руками и раскачивалась из стороны в сторону. На ней была та же футболка, в которой он видел её три дня назад. Розовые волосы потускнели и свалялись.

— Я пришел, — сказал Жека. Он похлопал по карманам, но вспомнил, что ничего не купил. Ни еды, ни колы. Он принес только себя.

Лилит перестала раскачиваться. Она медленно подняла голову. Её глаза, обычно яркие, с вертикальными зрачками, сейчас казались черными провалами. В них не было привычного сарказма или наглости.

— Я слышала, — прошептала она. Голос был скрипучим, как несмазанная петля.

— Что слышала? Дрон? Я знаю, он висит…

— Нет, — она мотнула головой. — Я слышала Его . Того, в болоте.

Жека замер, держась рукой за холодную лестницу.

— О чем ты?

Лилит спустила ноги вниз. Она двигалась медленно, как сломанная кукла.

— Мы связаны, Жека. Все, в ком течет эфир. Когда умирает кто-то… древний… мы чувствуем. Это как крик, от которого лопаются перепонки, только внутри головы.

Она спрыгнула на пол. Подошла к нему, но остановилась в метре, словно наткнулась на невидимую стену.

— Это был Фейри, да? — спросила она тихо. — Из клана Ветра. Я чувствовала, как его свет погас. Резко. Как будто кто-то захлопнул тяжелую дверь.

Жека отвел глаза. Смотреть на неё было страшнее, чем в реактор.

— Была авария. На полигоне.

— Авария… — она горько, страшно усмехнулась. — И ты её устранил?

— Я спас город, Лилит! — голос Жеки сорвался на крик. — Если бы эта штука рванула, здесь бы ничего не осталось! Ни гаража, ни тебя, ни Алисы! Я должен был это сделать! Я закрыл контур!

— Ты должен был его убить? — Он уже умирал! Он мучился! Там были провода прямо в мозге! — И ты добил его. Чтобы у твоего хозяина не упали акции?

Жека сделал шаг к ней, протягивая руки.

— Да что ты понимаешь⁈ Ты сидишь здесь, в безопасности, пока я там… в грязи…

— В безопасности? — взвизгнула Лилит, отпрыгивая от него. — Я в клетке! Ты запер меня! Ты кормишь меня подачками и думаешь, что я домашняя собачка⁈

Она вдруг потянула носом воздух и скривилась, словно от удара.

— Не подходи! — Лилит… — Ты воняешь! — она закрыла нос ладонью. — Ты пахнешь Ими . Хлоркой. Кондиционером. Стерильностью. И кровью. Мертвой, холодной кровью Фейри.

Она смотрела на его дорогой комбинезон, на его чисто выбритые щеки, на кольцо, мигающее синим диодом на пальце.

— Ты весь пропитался этим, Жека. Ты больше не Изолятор. Ты — Тюремщик. Ты такой же, как тот Пёс, который хотел сдать меня на опыты. Только он честный ублюдок, а ты притворяешься добрым.