Через двадцать минут «Форд» затормозил у знакомой панельной многоэтажки в спальном районе. Дождь усилился. У подъезда, под козырьком, стояла Марина. Даже в домашнем халате и накинутой куртке она умудрялась выглядеть так, словно принимала военный парад.

— Так, — Жека повернулся к напарнице. Тон его не терпел возражений. — Сидишь здесь. Тихо. Рога спрячь под капюшон. Если она тебя увидит — проблем не оберешься.

— Да поняла я, поняла, — Лилит закатила глаза.

Жека вышел под дождь. Марина посмотрела на часы, потом на него. Взгляд был сканирующий: грязный комбинезон, старая машина, уставшее лицо.

— Опоздал, — отрезала она вместо приветствия. — Деньги перевел?

— Часть. Остальное в понедельник. Был сложный заказ.

— Заказ… — она горько усмехнулась. — Жень, ты когда повзрослеешь? Тебе тридцать пять. Нормальные мужики к этому возрасту начальники отделов, у них ипотека закрыта. А ты всё по шабашкам бегаешь, унитазы чинишь каким-то фрикам. Алисе стыдно в школе сказать, кем папа работает.

Жека молчал. Он мог бы сказать, что сегодня спас особняк от затопления проклятой водой, но для Марины это прозвучало бы как бред.

— Я работаю, Марин. Планшет вот купил…

В этот момент Марина прищурилась, глядя ему за плечо. — А это еще кто?

В окне «Форда» торчала довольная физиономия Лилит. Она не просто не спряталась — она расплющила нос о стекло, как любопытный щенок, и махала рукой.

— Это… стажерка, — ровным голосом соврал Жека.

— Стажерка? — Марина шагнула к машине. — С каких это пор сантехники возят с собой девиц, похожих на наркоманок с трассы? Розовые волосы? Кожанка? Женя, ты опустился еще ниже, чем я думала.

Лилит, видя, что её обсуждают, опустила стекло. Из салона пахнуло серой и «Бубль-Гумом».

— Здрасьте! — радостно крикнула она. — А вы реально так хорошо сохранились? Жека говорил, вы — Горгона, но я думала, это преувеличение!

Марина застыла посреди лужи. Жека закрыл глаза рукой. Вот и всё. Приплыли.

— Кто я? — переспросила она шепотом.

— Горгона! — охотно пояснила Лилит. — Ну, взгляд, превращающий в камень, все дела. Жека говорит, вы страшнее коллекторов, а он коллекторов не боится. Значит, вы — топ! В нашем кругу это высшая похвала. Респект таким женщинам!

Марина медленно повернула голову к бывшему мужу. В её глазах не было змей, но Жека почувствовал, как бетонная плита вины давит на плечи.

— Горгона, значит… — тихо произнесла она. — То есть я тащу на себе дом, ребенка, твою безответственность, а я еще и чудовище? Планшет оставь у двери. К Алисе сегодня не подходи. Я не хочу, чтобы она видела отца в компании… этого.