На румяной корочке стейка алели зёрна граната. Помидорка, грибочек и кукурузный початочек на салатном листе составляли мини-гарнир. В соуснице переливалась тягучая тёмно-красная жидкость. Один только вид заставлял захлебнуться слюной.
Медитировать на полный желудок, конечно, идея сомнительная, но я уже себя не контролировал. Да и не останавливал, честно сказать. Опомнился, когда тарелка осталась пустой, а в животе разлилась приятная сытость. Соус, кстати, оказался гранатовым, кисло-сладким. Я такое не очень люблю — предпочитаю чеснок с майонезом — но сейчас слупил за милую душу.
Официант с дежурной полуулыбкой на лощёном лице, молчаливо стоял в стороне этакой каланчой. Ждал. И на этот раз я не стал зажимать чаевые. Долговязый действительно расстарался.
— Держи, заслужил, — я сунул в протянутую руку две синих бумажки. — Тебе и шеф-повару.
— Благодарствую, мистер Икс, — согнулся тот в полупоклоне и кивнул на серебряное ведёрко со льдом. — Шампанское вам открыть?
— Нет, с этим справлюсь, — я жестом показал ему на порог.
Потом вытащил запотевшую бутылку, хлопнул пробкой и наполнил пузырящейся жидкостью высокий бокал. Взял с блюда тонкий сухарик с горкой чёрной икры и поднял тост:
— Ну что, мелкий? За новую жизнь!
«Новая жизнь в обществе обжоры и пьяницы? — отозвалось в голове осуждающим тоном. — Вот уж увольте».
— Чего бы ты понимал, — усмехнулся я, пригубил, закусил и довольно кивнул: — очень неплохо.
Кровь отлила к желудку, игристое стукнуло в голову, стало лениво, но я пересилил себя и отправился в душ. Тугие горячие струи смыли пот и грязь, вернули ощущение чистого тела и подарили заряд бодрости. Немного побаливала шишка на лбу и заплыл левый глаз, но это не портило общего настроения. Нет, что ни говори, а вода — отдельная магия.
Наскоро вытершись большим полотенцем, я вернулся в гостиную и уселся посреди комнаты в позу лотоса. Как был, нагишом.
Монотонные звуки мантры уравновесили чувства и помогли окончательно успокоиться. Подушечки парцев, сложенных в нужную Мудру, защекотали потоки энергии. Я постепенно отрешился от внешнего мира и провалился в нирвану.
Открыл третий глаз…
— Что за чёрт!
Такого увидеть не ожидал.
Хранилище магии булькало перегретым гудроном. По Древу Даров струились тягучие потёки смолы. Каналы доросли до лодыжек, но их янтарные стенки потемнели и налились… я бы сказал чёрным светом, если такое возможно, вообще.
— Что за чёрт⁈ — невольно повторил я свой вопрос. — Оно… она что? Испортилась?
«Испортилась… — презрительно фыркнул Мишенька. — Элементарно же. Изначальная магия приобретает родовые особенности, ничего удивительного».