Если смерть рыцаря и облегчила душу Эларии, она этого никак не показывала. Всю дорогу молчала, глядя перед собой невидящим взглядом, и казалась абсолютно опустошённой, словно эта мрачная цель являлась единственным стержнем, что поддерживал её и заставлял жить до сих пор.

Я решил попробовать поговорить с ней ещё раз, всё-таки, не каждый день тебе помогают прикончить заклятого врага.

— Спасибо тебе, Элария. Серьёзно. Не знаю, как бы я его без твоей помощи нашёл, — я помедлил, подбирая слова, потом добавил. — Если тебе когда-нибудь понадобится помощь… любая, какая только в моих силах, свяжись со мной. В Мириде меня найти несложно.

Элария вяло пожала плечами:

— Да не за что.

На моё предложение она так и не ответила.

В таком вот невеселом молчании мы проехали остаток пути до Тверда, прибыв туда уже после темноты. Это было мне на руку; в такое время ещё можно найти конюшню, которая купит лошадей, хоть и с потерей в цене, а также означало, что у меня в запасе имелась ещё одна ночь, чтобы пошарить по трущобам, если, конечно, повезёт больше, чем в прошлый раз.

Спутница попрощалась со мной у первой же приличной на вид конюшни. Выглядела она уставшей, измотанной до предела, но в глазах и впрямь читалась какая-то новая решимость. Или это мне хотелось так думать?

— Ступай с милостью Безымянной, Искатель , да ответит она на мои молитвы, — сказала Элария, низко поклонившись. — Да обретёшь ты тот мир, который ищешь для своей семьи.

Ну да, в общем-то мой план полностью совпадал с её пожеланием.

Я скользнул в ночную темноту, держа курс на трущобы и снова придерживаясь теней, словно заправский ниндзя из старых боевиков, перебегая от укрытия к укрытию, пока не добрался до крыши склада, того самого, с которого пару ночей назад следил за забегаловкой.

Устроившись поудобнее и слившись с черепицей, начал наблюдать за теми, кто входил и выходил, прикидывал варианты. Время текло медленно, как патока в морозный день.

Прошло несколько часов. Даже ночная жизнь Тверда, которая и днём-то не особо бурлила в этом районе, наконец начала стихать. И тут ко мне обратились.

— Доброй ночи.

Мои нервы, и так натянутые, как струны грёбаного контрабаса, сдали, и я буквально подпрыгнул от спокойного голоса мужчины, прозвучавшего просто недопустимо рядом, прямо за спиной. Рефлексы сработали раньше мозга: Перекат и Быстрый выстрел ! Тело само бросилось в сторону, к самому краю крыши, и я вскочил на ноги, развернувшись к источнику звука с натянутым луком, готовый выпустить стрелу в любую тень, что покажется подозрительной.