— Ради семьи люди на многое готовы, — пробормотал он. Оглядевшись, он схватил меня за плечо и понизил голос: — Слушай, держи это при себе. Да, врага такое может смутить, но это всё равно что держать змею за хвост, ты легко можешь быть укушен. Он всё станет отрицать, и из врага по долгу службы превратится в твоего личного врага.
Я кивнул, понимая, что Сигурдиан не стал бы рисковать, если бы это могло обернуться против него.
— Нас ведь учат не говорить о том, что происходит во время бдения, верно?
— Именно так, — согласился командор, хлопнув меня по плечу. Улыбка его стала шире. — А что касается прекрасной девы, если она тебе приглянулась, её наняли в «Забаве», в квартале красных фонарей. Ты не первый, кто устоял перед искушением, чтобы потом поддаться ему в более подходящее время.
Стоило запомнить.
— Полезная информация.
По иронии судьбы первой палаткой, мимо которой мы прошли, оказалась та, где продавали мясные пирожки. Вероятно, именно те самые, что так аппетитно пахли. На вкус они были не хуже: нежная говядина с овощами в густой подливке, которая с первым же укусом стекала по пальцам. Я съел шесть.
Джинд составил мне компанию, ограничившись двумя пирожками, затем он хлопнул меня по спине, пожелал удачи на завтрашнем суде и растворился в толпе.
Я устоял перед соблазном объесться до отвала и направился в гостиницу. По пути остановился у другого торговца, чтобы купить рог вина. Оно оказалось кислым, почти отвратительным в сравнении с тем, что любила Лилия, но моя жажда сделала его терпимым.
В «Золотой Чаше» меня уже ждали. Среди моих болельщиц оказалась и Ванесса, чьё присутствие меня особенно обрадовало. Пока я отсутствовал, она успела перезнакомиться с моими невестами и свитой Мароны. Судя по всему, женщины приняли вампиршу тепло, хотя, конечно, её тайны не знали. Надеюсь, однажды она почувствует себя достаточно уверенно, чтобы раскрыть её.
Я внимательно следил за реакцией Ирен на Ванессу. Вампирше я решил довериться, но всё же думал, что если кто-то и почувствует неладное, то это будет либо верховная жрица Безымянной, либо сама Мия, если она решит высказаться.
Ирен, насколько я мог заметить, отнеслась к высокой и стройной Ванессе также тепло, как и ко всем остальным. Это меня успокоило.
Едва вошёл в гостиницу, как меня проводили в отдельную столовую, где Марона устроила настоящий пир. Потом я сам не понял, как очутился в постели. Меня окружили мягкие тёплые тела, нежные пальцы, перебирающие волосы, и ласковые голоса, убаюкивающие и навевающие спокойствие…
Я проснулся отдохнувшим и полным сил, будто и не было никакого бдения. Мне дали немного прийти в себя, после мы оделись и пошли завтракать.