Там нас уже с нетерпением ждала Гарена. Видимо, вечерний приём требовал более тщательной подготовки, чем просто причесаться и надеть красивую одежду.
Рой служанок тут же налетел на Лейланну, Ирен и Лили, уводя их прочь, а старшая горничная строго посмотрела на Мэриголд.
— Вы в состоянии подготовить господина Артёма к сегодняшнему мероприятию?
Гномка выглядела оскорблённой.
— Конечно, старшая… то есть госпожа Гарена.
Суровая женщина посмотрела на неё с сомнением.
— Посмотрим. В любом случае то немногое время, что тебе осталось на службе у баронессы, я лучше потрачу на то, чтобы как следует подготовить тебя к новым обязанностям. Какими бы стандартами ни удовлетворялся господин Артём у себя дома, я не позволю тебе запятнать репутацию служанок леди Мароны.
Мэриголд заметно сглотнула.
— Да, старшая горничная, — она повернулась ко мне. — Пройдёмте, господин Артём. Ваши вещи уже должны находиться в комнате.
У меня ещё даже комнаты своей не было, но Гарена с её обычной скрупулёзностью и эффективностью уже всё устроила. Костюм и всё необходимое ждали на месте, а моя новая старшая горничная решительно взялась за дело.
Правда, как только она меня раздела, похоже, решила, что в её обязанности входит немедленная оральная стимуляция. Мэриголд с энтузиазмом взяла мой член в рот, издавая довольное мычание.
Я поглаживал её по шелковистым розовым волосам, думая, что к такой внимательной служанке я точно смогу привыкнуть. Наконец со вздохом удовольствия кончил ей прямо в глотку. Мэриголд сглотнула с протяжным стоном.
— М-м-м, — сказала она, отстраняясь и облизывая губы с довольной улыбкой. — Полагаю, эту услугу я должна оказывать регулярно, господин, чтобы точноо знать, что Ваши потребности удовлетворены?
— Безусловно, — я усмехнулся и поцеловал её в лоб. — А теперь, может, поможешь одеться?
Солнце уже село, когда мы все загрузились карету Мароны. Сама баронесса села по левую руку, Лили по правую, напротив устроились Ирен и Лейланна. Полный комплект.
Какие бы выдающиеся достоинства ни проявляла эта карета на пустой дороге, сейчас она еле ползла по забитым улицам. Сквозь мягкую обивку салона доносились зычные крики нашего возницы, который пытался расчистить путь. Чувствовалось, как его самого вся эта ситуация выводит из себя.
— Эй, посторонись! Это проспект ведёт к дворцу, а не задворки! Дорогу баронессе О’Мэлли!
Простолюдины, конечно, шарахались, но толпа оказалась такая плотная, что быстрее мы не продвигались. Люди напирали со всех сторон, кто-то толкался, кто-то зевал по сторонам. Настоящий муравейник.