— Расти! — прохрипел я. Из-за сломанной челюсти вышло что-то вроде «А-и!», но чары сработали. Сундук мгновенно увеличился до полного размера, приняв на себя рукояти опускающихся топоров. Затупленные лезвия замерли в нескольких сантиметрах от моего лица, а звук удара по дереву эхом прокатился по арене.
В следующее мгновение земля под берсерком разверзлась, поглотив его по самую шею. Он взвыл и зажмурился то ли от Вспышки света , которую, видимо, использовала Ирен, то ли от её заклинания боли. Секундой позже из деревянного ограждения вырвались лозы, опутывая его руки и торс, а затем всё это залило водой и мгновенно заморозило.
Я перевернулся на спину, постанывая. Болело абсолютно всё от кончиков пальцев до последней прядки волос, во рту ощущался привкус крови, а каждый вдох отдавался острой болью в рёбрах. Исцеление сейчас пришлось бы очень кстати.
Толпа гудела как растревоженный улей. Слышались возгласы возмущения, споры о справедливости, но всё это доносилось до меня словно сквозь вату. Сознание плыло, но я держался, ожидая, когда наконец подойдёт лекарь.
По иронии судьбы, судей больше занимало не то, что берсерк едва не проломил мне череп, а задержка с его успокоением после окончания боя. После долгих дебатов все сошлись во мнении, что для его класса такие моменты — часть обычного риска поединка. Однако ответственность за произошедшее возложили на тех, кто слишком медлил с вмешательством.
Сам берсерк выглядел искренне смущённым из-за потери контроля. Проигрыш его не обрадовал, но в целом он оказался вполне приличным парнем, явно не стремившимся кого-то покалечить или убить. Когда я пришёл в себя, он подошёл, извинился, по-мужски пожал руку и поздравил с победой.
— Может, ещё встретимся, когда выберусь из сетки проигравших, — усмехнулся он.
Я надеялся, что этого не случится.
Главный сыр-бор разгорелся из-за того, что я использовал сундук как защиту. Герцог Сигурдиан, лорд Экариот и несколько других судей были вне себя от ярости, обвиняя меня в применении постороннего предмета в бою. Их негодование достигло такой степени, что они не слушали никаких доводов. Джинду Алору и Виктору Ланскому пришлось потратить несколько минут, чтобы объяснить, что я схватился за сундук уже после окончания поединка исключительно ради собственной безопасности, так как порядок на ринге никто не контролировал.
— Честно говоря, приятно видеть, что хоть кто-то в этих боях использует не только силу и навыки, но и голову, — с улыбкой заметил Виктор. — Его решение использовать, казалось бы, бесполезную Искру заставляет пересмотреть её ценность. А идею применить зачарованный сундук как экстренный щит вообще сложно назвать обычной.