Проделав данный фокус, мисс Кулстоун живенько выскочила из класса. Я встал сразу за ней и обернулся. Свиноподобный мужик торил дорогу ко мне.

— А давай, — подбодрил я его, — обещаю сломать тебе только пальцы на левой руке. Чтобы мог продолжать учебу и ходить в школу.

Некое подобие мыслительного процесса отразилось на его, начинавшим зарастать пушком, лице. Четверо кретинов с задней парты, шествующим за ним, приостановились. «Робин Гуд», вставивший трубочку в рот с нехорошим намерением, поперхнулся и выронил её оземь.

Я подошел к парте училки и вывалил на неё конфискованные предметы «пушеров» из рюкзака. Достал смятый листочек с пятнами крови на ней.

— Питер, э-э-э, «двузубый»? — прочитал я вслух.

— Он из соседнего класса. — выкрикнул кто-то робко.

Школота осторожно подошла и сгрудилась возле стола.

— Рэмси Смолоход? — прочитал я второе.

— Это я. — мрачно, гордо и независимо сказал «Робин Гуд».

— А ну, извинись. — вспомнил я.

Он затравленно повертел головой. Но желающих выйти со мной на бой поубавилось. «Вот пушеры его размажут, когда придут, там и я на спину ему наплюю» — было написано на лицах школьников.

— Извини. — пробурчал он. — Это просто знак дружеского приветствия.

Перегибать я не стал. Сейчас еще спровоцирую на конфликт остальных, зачем буянить и разносить школьную мебель. Воспитание школоты — процесс поэтапный.

— Семь пенсов и порция «молочки»? — удивился я. — Что за молочка?

— Сок коровьего дерева. — любезно пояснил Рэмси. — Его воск жуют, на вкус очень приятно.

Походу кличку ему не зря дали. В сортах «чего пожевать» парень разбирается. Семь пенсов я ему отдал, а молочку посоветовал найти под крайней скамейкой парка. У чувака, встретившегося с данной конструкцией, изо рта при ударе что-то вылетело.

Я продолжил перекличку, выцепил взглядом тощего ботаника и повелел сбегать в соседний класс за пацанами, выплатившими дань пушерам. Стоящая рядом девчуля с золотистой косой отчего-то дернулась, а её группа поддержки, в составе трех крепко сбитых подростков, переглянулись между собой. Это она сидела рядом со мной на уроке, молчаливая и неприступная. Сестра тощего? Не очень они похожи.

На моменте оглашения следующего имени дверь распахнулась. В класс ввалился прототип героя песни «он начал жизнь в трущобах городских». В кепарике, широких штанах, рубашке с короткими рукавами, черном шейном платке и такого же цвета ботах.

— Кто здесь Дашер? — развязно спросил он. — Улица призывает его к ответу.

*В Африке то же самое, что листья коки в Южной Америке: засовывают за щеку и крышеходят.