— Что? Он — заговорщик?
— Нет, но… помогал! Помогал! Способствовал… И должен быть наказан! Поймите, дон Карлос, это не мое решение и я тут ничего не могу сделать.
— Его сожгут на костре?
— Нет… Повесят. Так пусть он умрет христианином!
— Слышал, Хосе?
— Слышал. — Парнишка гордо вскинул голову. — Я не боюсь смерти! Но, конечно, куда приятнее будет умереть христианином!
— Вот поистине золотые слова! — умильно закатил глаза падре. — Я заберу паренька с собой, в церковь. Сначала совершим таинство, а уж потом вернемся сюда… для разговора.
Выходя из дому, Сиуа обернулся и подмигнул: он все понял.
Наверное, столь разумный юноша мог убежать и раньше… Только некуда было. Теперь же…
Тем более, если Куатемок правильно понял цель всего этого цепляния к несчастному подростку… А понял он ее правильно!
Потому так и действовал и был уверен — ну, почти уверен — в успехе.
Поднявшись наверх, в комнатку размерами метра три на четыре, — дом был хоть и двухэтажный, но вовсе не большой, узкий, — принц уселся на стуле… уже где-то через час услыхав доносящиеся от строящейся церкви вопли.
Он высунулся из окна, увидев бегущего патера и солдат с алебардами.
— Эй, эй, святой отец! Куда вы так торопитесь? Куда бежите?
Патер неуклюже махнул рукой, намереваясь бежать дальше, правда, потом все же остановился:
— Ваш проклятый слуга!
— Что — мой слуга?
— Сбежал, вот что! Хитрый гаденыш… ловко усыпил бдительность. Всех обманул, всех!
— Так он что же, не крестился?
— Почему же нет? Он теперь христианин… В отличие от вас, уважаемый дон!
— Христанин? Ну так чем же вы недовольны? Идите, отпразднуем рождение нового сына святой матери Церкви!
— Издеваетесь? — скривился падре.
— Вовсе нет. — Дон Карлос улыбнулся как можно радушнее. — Не ваше это дело, патер, ловить всяких мальчишек. Поймают и без вас — да куда он тут денется? Тотонаки его живо выдадут… или сами прикончат.
— Да, это верно, — патер Ольмедо наконец успокоился. — В таком случае я, верно, к вам все-таки загляну… Чего уж!
Но самое интересное случилось на следующий день утром, на рассвете. Посаженная на мель «Санта-Инес» вдруг начала поднимать паруса. Сначала на фок-мачте, потом — грот, потом и на бизани… Паруса разворачивались не торопясь, по очереди, один за другим… никто и не обратил особого внимания, а когда обратили, паруса уже поймали ветер, выгнулись дугой, стянув юркое суденышко с мели!
Точно — стянули!
Такого не ожидал никто, даже Куатемок, посоветовавший Сиуа на некоторое время укрыться на посаженном на мель судне. Вряд ли сбежавшего парня так уж упорно искали бы, вовсе не обвинение в заговоре были целью его ареста, нет, совершенно другое — просто-напросто Кортес решил использовать удобный случай, чтобы лишить своего царственного пленника единственной родной души.