Или сравнить?

Ведь других целей, кроме меня и моей семьи, поблизости нет.

Я прошёл дальше, проверяя тела. Некоторые были мертвы — кто от взрыва, кто от огня. Некоторые в отключке, и жить им без срочной медицинской помощи оставалось минуты. Но один, здоровый мужик в камуфляже, ещё дышал. Его лицо было обожжено, одна рука придавлена его же телом, а из другой торчала сломанная кость. Это его стоны я слышал, когда только прибежал. Глаза мутные, но живые. Я присел рядом, глядя ему в лицо.

— Назови заказчика, — сказал я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё кипело. — Кто вас нанял? Зачем? Расскажешь — умрешь быстро.

— Да пошёл ты… — выкашлял он и сплюнул кровь.

Что-то металлически щёлкнуло, и мужик гаденько улыбнулся, с усилием вытаскивая из-под себя руку.

С гранатой.

Я ещё даже сообразить не успел, а граната уже улетела в сторону от пинка телекинезом, а сам я прикрылся щитом.

Ещё один взрыв — совершенно безопасный, — и улыбка с лица у мужика сползла.

Вздохнув, я ненадолго надавил телекинезом на его сломанную руку.

— Расскажешь — умрёшь быстро, — повторил я, подождав, пока он перестанет орать. — Но мне, если что, некуда торопиться.

— Не знаю… — прохрипел он. — Утром заказ пришёл. Вслепую. Инструкции были в пакете… там, на ящике со взрывчаткой.

Понятно. От того пакета только воспоминания и остались. Жаль. Занятное должно было быть чтиво…

— Для чего взрывчатка? — продолжил я допрос, показательно позволив молниям заплясать на кончиках пальцев.

— Заложников… обвязать, — выдавил он. — Чтобы граф не дёрнулся.

И тут его глаза расширились, когда он понял, кто перед ним.

А я почувствовал, как внутри всё похолодело. Заложники. Граф. Это точно про меня. Последняя надежда на то, что это все-таки не по нашу душу, умерла. Кто-то хотел ударить по моей семье, прижать меня, чтобы я не рыпался. Может, из-за долгов отца. Может, из-за земель. Может ли такое быть, что кому-то вся-таки стало известно о геологоразведке отца? Убивают и за куда меньшее…

— Я всё сказал, — прохрипел наймит. — Ты обещал… быстро…

Кивнув, я ударил молнией. Короткий разряд, прямо в сердце. Его тело обмякло, а я почувствовал, как энергия хлынула в меня — тёплая, густая. Без того мерзкого привкуса, что у демонов. И побольше, чем с волков, но заметно меньше, чем с медведя.

Поднявшись, я прошёл по лагерю, добивая всех, кто ещё был жив. Выжить они все-равно не смогут.

Их было трое, кто ещё цеплялся за жизнь. Каждая смерть добавляла сил, наполняя меня мощью.

Странно, но я не испытывал при этом никаких эмоций. На моей земле не должно быть наёмных убийц, это неправильно. Я просто делал, как правильно. Пришли убивать — не обижайтесь, что сдохли, как собаки подзаборные. Это не было приятно, но я не мог позволить себе слабость. Не сейчас, когда кто-то охотится за моей семьёй.