И я готов поклясться, что это был «привкус» демонической энергии. Да! Точно! Определённо её! Очень похожий запах был у того демона-оборотня. Похожий, но не такой же. И от демонических тварей он тоже отличался.
Вывод напрашивался сам собой. Или старик так же был одержимым… или здесь побывал демон, который старика и убил.
Эх, что ж это их ко мне тянет-то, а? Или я просто невезучий? Или одержимых просто настолько много вокруг, что они попадаются мне чуть ли не через день?
Рассеянно осматривая в ожидании прибытия полицейских комнату, я отметил лежанку для собаки средних размеров и миску. Странно, что при этом собаки не было в доме. Наверное, убежала, дверь-то была открыта. И открыта она была изнутри, значит, старик, возможно, кого-то пустил в дом.
И тут я заметил на столе записную книжку на подставке. Обычный блокнот, какие часто используют для рабочих записей.
Повинуясь какому-то внутреннему импульсу, я телекинезом, не проходя в комнату, подхватил блокнот и подтянул его к себе. Ну а что, заняться всё равно нечем, полистаю вот…
Но на первой же открытой наугад странице я обнаружил рисунок от руки. Ошибка исключена — это был тот самый артефакт, который «заказал» мне князь.
В этот момент к дому подъехала машина. Судя по всполохам света за окнами — полиция.
Недолго думая, я засунул блокнот к себе во внутренний карман пиджака. Старику он уже явно без надобности.
Старика увезли довольно быстро. Приехавший судмедэксперт по каким-то только ему понятным признакам предположил инфаркт, сказал, что тело пролежало от тридцати до сорока часов, и забрал его на вскрытие. Остался только контур мелом на паркете и запах. Этот запах разлагающегося трупа въелся в нос так, что теперь, наверное, долго не выветрится.
Я сидел на неудобном стуле на кухне мёртвого артефактора, за столом, за которым еще пару дней назад, вероятно, старик обедал и ужинал. А сейчас на нём лежал только планшет следователя с откопированными на десятый раз казёнными бланками и ручка.
В небольшом доме было тесно от людей в форме. Двое полицейских что-то обсуждали в коридоре, переминаясь с ноги на ногу. Один сидел на корточках перед открытым холодильником в углу кухни, переписывал даты реализации скоропортящихся продуктов. Другой рылся в ведре под раковиной, что-то в нём выискивая. А напротив меня, откинувшись на спинку такого же неудобного стула, сидел следователь. Лысеющий, лет сорока пяти, в поношенном пиджаке поверх рубашки с расстёгнутым воротником. Капитан Обер, как он представился. Ирония судьбы — следователь по фамилии Обер.