— Когда за водой ходили к реке, — кивнула я утвердительно.
— Больна Эльда, — горько усмехнулась знахарка, на миг опустив руки. — Я-то, конечно, помогаю, чем могу, да только болезнь её с каждым днём по капле выпивает. Лёгкие у неё с самого детства слабые были, беречь надо было. А как война эта проклятая началась, там мужа её – дядю Эйнарова – сразу на передовую забрали. Маги воюют, а простым людям расхлёбывать…Одна хрупкая женщина против целого мира — много ли она может? Сначала-то держалась, жилы рвала, а как весть пришла, что не вернётся хозяин, так и слегла. Сил не осталось даже дров наколоть. Так и сидела в сырости да холоде, а оно для больной груди разве полезно? Ник мой прибегал, конечно, помогал по хозяйству, да только Эльда гордая — слова лишнего не вымолвит, не приучена на судьбу жаловаться.
Услышав про дядю Эйнара, не могла не спросить:
— Так Яра – кузина Эйнара? — почему-то меня очень обрадовала эта мысль. Даже если с её матерью что-то случится, девочка не останется одна. Что-то подсказывало, что мужчина не бросит маленькую племянницу на произвол судьбы.
— Она самая, — коротко ответила Настья и принялась вешать расшитые красным и синим узором занавески с забавным кружевом по белоснежным краям. Комната стала заметно уютнее и выглядела более обжитой.
***
— Уже управились? — подметила Настья, глядя на полные вёдра с водой и сложенные аккуратной стопкой дрова у печи. — Вот и славно. Пока наш мальчик спит, можно и самим поесть, а там мы его накормим и на кровать перетащим, и свободны на сегодня.
Ужинали все в каком-то тягостном и напряженном молчании. Признаться, Настья довольно вкусно приготовила мясо птицы, которую поймал наш Руго, но эта мысль мелькнула и затихла, потому что вкуса я толком не ощущала. Филипп выглядел подавленным, но всем своим видом пытался показать, что ничего не случилось и все как раньше.
Но дрожащие руки и хмурые брови выдавали в нём пик волнения и крепкие думы.
— А с ним кто останется? — Решилась я спросить. Не то что бы я об этом сильно переживала. Знала, не пропадёт наш больной. Но уж больно подмывало заполнить тишину, которая пугала больше всего.
На мое удивление, ответил мне именно Филипп:
— Руго, конечно. Хозяин пришел после стольких лет. Собаку теперь от Эйнара за уши не оттащишь.
— Я думала, он ничей, — вставила осторожно я.
— Мы уж тоже так думали, — продолжил Филипп, вселяя в меня какую-то надежду и толику облегчения, — Боялись, что уже не вернётся наш Эйнар.
Я глянула в противоположный угол, где Руго с аппетитом уминал свою порцию, довольно скалясь.