— Ну, вам же нужны идеи для книг, — попытался я парировать.

— Понимаете, Александр, вот этой тетрадки недостаточно. Я бы хотел увидеть процесс внедрения… вживую. Или хотя бы на фотографии, — сказал он.

— Слушайте, это невозможно, — покачал я головой. — Там закрытая территория, пускают только своих.

— Смотрите, — он полез в сумку и достал пачку в палец толщиной малиновых десятирублёвок. — Тут пятьсот рублей. За эту тетрадку и увлекательный рассказ. Получите две таких пачки ещё принесете мне фотографии.

— Как я их сделаю? — искренне удивился я.

— Всё просто, — Сидоров вытащил из сумки и положил рядом с деньгами пачку «Примы» и, видя моё непонимание, пояснил: — Здесь, помимо сигарет, кнопка. Нажимаете на угол — и пачка делает кадр. Плёнки хватает на двадцать кадров. Сфотографируйте самое важное.

— То есть я должен сфотографировать всё, что указано в тетрадке? — уточнил я.

— Да. И за это вы получите ещё тысячу. Сверху.

— Всё верно, — подтвердил он.

— Слушайте, — сказал я, — это стоит дороже. Если вы хотите, чтобы я плотно этим занялся, мне нужны гарантии.

— Какие еще гарантии? — скривил в своём презрении лицо Сидоров.

— На кого вы работаете? — спросил я. — Не надо мне говорить, что вы писатель-фантаст. У писателей-фантастов таких денег нет, — кивнул я на купюры.

— А это важно? — спросил Сидоров.

— Абсолютно неважно, — ответил я. — Но я должен быть уверен, что, получив первые фотографии, вы не начнёте меня шантажировать, заставляя фотографировать всё остальное бесплатно.

— Уверяю вас, — сказал Сидоров, — если ваши сведения ценны, вы получите стабильный доход и далее.

Я вздохнул.

— Я бы хотел… уехать из страны.

Сидоров внимательно посмотрел на меня.

— Мне без разницы, куда, — покачал я головой. — Подальше отсюда.

— Я поговорю с моими кураторами. Но сначала — фото. Возьмите и посчитайте, — он указал на деньги и пачку «Примы».

Я кивнул, сунул деньги не считая в карман штанов, а фотоаппарат, замаскированный под сигаретную пачку, — в нагрудный. Сергей встал, окинул меня взглядом. Я же не спешил подниматься. Он немного помолчал, потом сказал: — Ты думаешь, я тебя не узнал?

— Что? — не понял я.

— Ты сейчас тоже хапнешь в полной мере того, что пришлось испытать мне. Потому, что наша сделка завершена, а факт твоего предательства записан на плёнку, — последние слова он произнёс громче обычного и видимо это и было сигналом.

И тут, с диким грохотом моя входная дверь вылетела внутрь. А в квартиру вбежали трое в серых костюмах. Крепкие, бритые мужчины. В их руках было огнестрельное оружие.

— Сидор, в сторону! Стоять! Не двигаться! Вы арестованы за… разглашение гостайны! — прокричали мне.