Знание, порожденное все тем же чувством льда, сказало Арону: в смертных мирах пройдут десятилетия до того, как кольцо полностью перекроет токи Хаоса и остановит его проникновение в миры живых…
Что-то дернуло его, отталкивая от кольца, а потом потащило наверх и наружу, за пределы бесконечного пространства…
— Нельзя, — перед глазами Арона появилось хмурое лицо Уррия. — Нельзя быть там долго! Хаос заберет!
Арон втянул в себя воздух — ощущение было такое, будто он одновременно вынырнул со дна моря и упал с большой высоты — и с усилием оторвал руку от поверхности ледяного озера. И вздрогнул — с той стороны льда на него смотрела зубастая морда, растянутая в пародии на улыбку. Знакомая морда.
— Бес? Здесь?
— Теперь ты будешь видеть зримое воплощение Хаоса. Я тоже их увидел только после того, как запустил Силу в тот слой реальности, — пояснил Уррий.
— Их?
Вместо ответа Уррий широким жестом обвел озеро. Арон поднялся на ноги и огляделся — из каждой темной проплешины на него пялились твари. Некоторые походили на уже знакомых бесов или демонов. Другие не походили ни на что, виденное прежде. Но общее у них у всех было одно — Арон ощущал их голод, их желание пробить тонкую преграду льда и прорваться сюда. Их желание дать всему вокругполную свободу от жизни.
Глава 22
Арон вновь опустился на одно колено и прижал руку к поверхности озера, пытаясь определить, насколько глубоко находятся демоны, бесы и другие твари. Однако чувством льда он их вообще не увидел.
Вместо того божественное наследие показало ему нечто, похожее на купола, перевернутые закругленной стороной вниз и наложенные друг на друга. Созданы они были из переплетенных волн Силы и частиц материального.
Вид самого нижнего купола, напрямую открытого воздействию Хаоса, портили многочисленные трещины и дыры-червоточины. Арон всмотрелся пристальнее — нет, не только верхний — почти все купола были продырявлены, целым оставался только последний…
— В слое реальности, в котором мы сейчас находимся, вот это озеро — наш мир, — сказал Уррий, прервав концентрацию Арона.
— Озеро символизирует наш мир? — уточнил Арон, убирая ладонь с поверхности.
Уррий поморщился и неопределенно повел руками в воздухе.
— Я никогда не интересовался всеми этими мета-реальностями, — сказал он с одновременно недовольной и жалобной интонацией. — Ими занимались Старшие, а меня вся теория усыпляла. Но нет, не символизирует. Это озеро — одновременно и сам наш мир, и его защита. То есть воплощение защиты. Если мы пробьем лед над любой из проплешин, где-то в нашем мире случится прорыв тварей Хаоса.