Сархуан трижды прокричал, имитируя крикфилина: семь фигур из темноты проулка, бегом пересекли площадь и оказались рядом с нами.

— Вы четверо, наденьте шлемы, и кольчуги хеттов, стойте здесь. Если будут любопытные, отгоняйте остриём копья без разговоров. Остальные за мной, — первым нырнул в чёрный проём храма. На стене горели факелы, давая достаточную освещённость. Сняв один, пошёл по уже знакомой лестнице наверх, стараясь не шуметь. Хурриты сняли обувь, чтобы не шуметь, и следовали за мной бесшумной тенью.

Дверь наверху оказалась закрыта — в прошлый раз мы не смогли её открыть. Отчаяние стало охватывать меня, неужели снова облом. Но каменная дверь отворилась с едва слышным шумом, и свет факела вырвался наружу.

Махуа! Целые пять секунд мы смотрели друг на друга, освещённые светом факелов. Рот жреца начал открываться, но кривой клинок сангаров заставил его захлебнуться кровью. Подхватив падающего жреца, передал его факел Сархуану. Проскользнув внутрь, огляделся: узкий коридор уходил вправо полукругом. По внутренней правой стороне коридора располагались деревянные двери. Первая дверь поддалась — заскочив внутрь, обнаружили троих стражников в исподнем — хетты собирались спать. Их желание исполнилось с приставкой «навечно».

Следующая дверь тоже поддалась, но келья оказалась пустой. Скорее всего, это было обиталище Махуа, чей труп остывал в пяти метрах от нас. Третья дверь оказалась заперта — внутри явно кто-то был, но я знаком показал хурритам идти дальше. За четвёртой дверью находились три женщины, судя по виду служанки. Они даже успели поднять крик при виде вооружённых людей, но я заткнул рот первой, а воины повторили это с двумя другими. Крепко спеленав полураздетых служанок, затолкали им в рот кляпы, убедившись, что кричать не смогут.

Пятая комната отличалась — здесь были двустворчатые двери. Такого я не видел даже в доме Энии в Кулише. Двери оказались заперты изнутри. Если даже верховный жрец довольствовался небольшой кельей, кто мог жить за такими дверьми кроме богини?

— Ада, это я Арт, — проговорил, прильнув к щели между створками. Внутри послышался сдавленный крик, а секунду спустя двери открылись, и ярко-красная молния кинулась мне на шею.

— Арт!

— Со мной люди, оденься, — буквально втолкнул жену в комнату, где сидела ещё одна девица, съёжившись от страха. На Аде было просторное шерстянное платье без рукавов — в глазах хурритов это всё равно что голая.

— Арт, миленький, мне сказали, что ты бежал и убился, сорвавшись в обрыв, — уже откровенно плача, Ада осыпала меня поцелуями, мешая сосредоточиться.