Утром попросил Этаби собрать воинов и пересчитал наше небольшое войско — сто двадцать один человек, включая меня и Этаби. Вначале хотел разбить их повзводно, но решил, что такая система для хурритов окажется неудобной. Хурриты, как и хетты, больше привыкли к числу десять. Этаби переводил мои слова — воины слушали мрачно. С задних рядов раздались недовольные крики, даже не зная смысла этих слов, понимал, что моя идея им не по душе. А требовал я немного — чтобы каждые десять всадников выбрали себе командира.

— Кто ты такой, чтобы нами командовать? Иди к своим хеттам и там выслуживайся, хурре свободный народ, нам командиры не нужны, — из задних рядов вперёд протиснулся воин. Несколько шрамов на лице, могучая шея и канаты мышц на руках. Как и все хурриты, помимо большого меча, воин держал за поясом небольшой кинжал. Толпа одобрительно загудела, поддерживая свирепого воина по имени Энок.

— Кто я такой? — пришлось спешиться: воин возвышался надо мной на полголовы.

— Не хочу тебя убивать из уважения к Этаби, — Энок сносно владел хеттским.

— А ты попробуй, — расстегнув пояс, отбросил в сторону вместе с мечом. Хуррит смотрел на мои действия с удивлением: увидев, что отбросил меч, повторил мои движения, не забыв отбросить и кинжал.

В бытность учёбы нам давали увольнительные — в городе случались разные ситуации. Но даже самые борзые начинали тебя уважать, если ты мог за себя постоять. Заработать авторитет у хурритов можно только одним способом — доказав, что сильнее и лучше как воин.

Два моих лоу-кика, что снесли бы любого, Энок выдержал достойно, хотя и старался беречь левую ногу. Не давая себя заграбастать его клешням, уходил от близкого боя, постоянно нанося удары ногами. Усыпив бдительность хуррита, перешёл на бокс — два джеба и сразу двойка. К чести Энока, удар он держал достойно — я и айкидо применил пару раз, заставив грохнуться парня на землю. Если в самом начале боя, хурриты скандировали его имя, к середине боя симпатии разделились.

Энок запыхался, но ещё держался — бил он неуклюже, вкладываясь от всей души. Припав на левую ногу, нырнул, уходя от его бокового, одновременно нанося акцентированный удар кулаком в печень. От такого удара даже тренированные боксёры вырубаются — у Энока перехватило дыхание, его зашатало. Коротким, резким ударом в солнечное сплетение, отправил хуррита наземь. Энок грохнулся, поднимая пыль.

— Я Рус, но для вас хурре и зовут меня Арт. Кто не хочет слушать мои указания, может идти своей дорогой. Шутарна назначил меня вашим командиром, но я готов доказать, что достоин этого.