— Цирк-шапито, млин! — высказался я и развернулся лицом к здешнему «сундуку». Осмотрел его со всех сторон. И представил, как выглядел процесс моего здесь появления. Открывается дверка-крышка и, словно бабочка из кокона, выползаю я. Хе-хе-хе… Бабочка крылышками бег-бег-бег-бег…

Меня трясло от адреналина и я потихоньку истерил.

Подошёл к окну и плюнул на грязное стекло. Слюна оказалась вязкой, а пыли много, а поэтому жидкость буквально впиталась в толстый слой пыли. Трогать мокрое пятно пальцем не хотелось, но ничего другого не нашлось и… пришлось растирать мокрое пятно локтем рубашки. Всё равно она уже требовала стирки. То, что я увидел за окном, меня ошеломило. За окном были горы. И даже не горы, а ГОРЫ!

Очень крутые и колоритные горы. И не очень далёкие, какие-то. Они мне напомнили скальные массивы в фильме «Аватар». А этот фильм снимался, как я точно знал, где-то в Китае. Да и внешне эти горы походили не на гранитные или иные остроконечные шатрообразные возвышения из крепкого камня, а на меловые или известняковые остатки каньонов, колоннообразно разнесённые по поверхности.

Поплевав более качественно на стекло и очистив оное лучше, я приник к окну и переполнился восторгом. Кажется на каком «природном» канале я видел такие горы и именно в Китае. Там ещё рассказывали, что на этих горах издревле прождивают люди, ютясь на крутых склонах и перемещаясь по узким, пробитым в скалах тропинкам.

Но на противоположной горе жилищ не наблюдалось. Однако, я ведь точно находился в каком-то, хоть и заброшенном, но жилище. Значит на моей «горе» люди жили. Сейчас, или когда-то, но жили. Я подошёл к другому окну и совершил надним такую же «клининговую» процедуру, очистив от пыли круг размером с небольшой «блин».

В этом направлении я разглядел небольшую гряду гор с, практически плоскими, вершинами, застроенными каким-то жильём. Никого живого возле построек не наблюдалось. Да и постройки, в основном, имели не нежилой вид: разрушенные стены, отсутствующие крыши.

— Как Мачу-Пикчу, — сказал я, и голос мой коротко отразился от стен гулким эхом.

Мне совсем не улыбалось блуждать по горам больше месяца, как сказал, мать его, генерал. Нет, чтобы забросить меня в лес на равнине. Горы я, в принципе, не любил. Даже Владивостокские сопки меня раздражали. Я-то ведь вырос на равнинах. Хоть и полных всевозможного гнуса, но зато ровных, млять. А эти горы мне доверия совсем не внушали.

— А зачем мне тут куда-то идти? — вдруг подумал я. — Махнул рукой и в деревне у Феофана. Дернул за верёвочку, дверка и откроется. А можно и через «кротовую нору» переползти. В унизительной позе, конечно, зато, раз, и уже дома.