— Воду ищите, — шикнул на него Семеныч. — Бутылки.

Артем прошел в комнату. На кровати, укрытая одеялом, лежала пожилая женщина. Спокойная, с закрытыми глазами. Сначала он подумал, что она мертва. Но потом одеяло чуть приподнялось — она дышала. Он подошел ближе. Женщина открыла глаза. Они были мутными, белесыми, но не черными, как у зараженных.

— Пить, — прошептала она еле слышно.

Артем оглянулся. На тумбочке стояла недопитая бутылка минералки. Он протянул ее женщине. Та с жадностью присосалась, проливая воду на подушку.

— Тише, тише, бабушка, — сказал Артем. — Вы одна? Где ваши?

— Ушли, — прошептала она. — Сын утром ушел. Сказал, в аптеку. И не вернулся. А я… я лежу. Нога… нога не ходит. Инсульт у меня был, год назад.

Семеныч зашел в комнату и сразу оценил ситуацию.

— Тем, мы не можем ее взять. — Голос его был жестким. — Она не ходячая. Мы ее не утащим.

— А если здесь оставить? — Артем знал ответ.

— Сама понимаешь. Либо с голоду, либо они придут. Рано или поздно на запах живого тела выползут.

Женщина смотрела на них. В ее мутных глазах не было страха. Только усталость и что-то похожее на облегчение.

— Оставьте, — сказала она вдруг твердо. — Я все равно помру. Не мучайтесь. Сын… если вернется, скажите ему… — Она замолчала, будто забыла, что хотела сказать. Потом махнула рукой. — Идите. И дверь закройте.

Артем сглотнул ком в горле. Илья стоял в дверях, белый как мел. Семеныч молча вышел из комнаты. Артем накрыл женщину одеялом поплотнее, поставил бутылку с водой на тумбочку, в пределах досягаемости. Хотел что-то сказать, но слов не было.

Они закрыли дверь в квартиру и пошли дальше, наверх. С четырнадцатого этажа доносился шум.

На площадке пятнадцатого этажа было весело. Трое зараженных, двое мужчин и женщина, бродили кругами, натыкаясь на стены. Увидев свет фонарика, они синхронно повернули головы. Это было самое жуткое — их единодушие. Мужчина в трениках, с вывернутой в локте рукой, шагнул к ним. Женщина, бывшая когда-то красивой блондинкой, оскалила рот, полный черной крови.

— Назад, — скомандовал Семеныч, пятясь к лестнице. — На лестнице у них преимущество, собьют с ног.

Но отступать было некуда. Они поперли. Артем, сжав монтировку, встал в стойку. Первым подошел мужик в трениках. Артем размахнулся и со всей силы врезал ему по голове. Удар пришелся в висок. Звук был такой, будто разбивают арбуз. Мужик рухнул, дернулся и затих. Но двое других уже были рядом. Семеныч выстрелил. Грохот в бетонной коробке лестницы был оглушительным. Женщина отлетела назад, с размозженной головой. А третий, мужик в майке-алкоголичке, прыгнул на Илью. Илья, бросив пакет с пельменями, выставил перед собой топор, но удар был такой силы, что топор отлетел в сторону, а Илья упал. Зараженный навис над ним, разевая рот.