Он отдал последний законченный кинжал одному из изгоев и поднялся, вытирая пот тыльной стороной ладони и оставляя на лице каменную пыль. Он был в ней с головы до ног.
— Так, малышня, теперь у нас есть оружие.
Себе, кстати, Драмар, тоже сделал кинжал, правда в несколько раз больше чем у детей, это, по размерам, был уже почти небольшой клинок.
— Наконечники пока спрячьте, а кинжалы из рук не выпускать, пора привыкать к ним, ну кроме вас… — он посмотрел на Зур’даха, Саркха, и Тарка, тех кто нес бурдюки, — Вы спрячьте.
Да, неся воду кинжал в руке не удержишь. Зур’дах спрятал и кинжал и наконечник за пазуху.
— Поднимаемся — и вперед, в дорогу! — скомандовал отряхивающийся от приставшей к телу пыли старик.
— Мы только из-за этого остановились в пещере? — спросил Саркх.
— Да, дальше вам такой материал… — он похлопал по черным камням вокруг, — не встретится, а делать оружие из простого камня умаешься, да и не будет оно таким острым и крепким.
Построив отряд в нужном порядке, старик вывел их из пещеры и они двинулись вперед. По дороге он заставил тех, у кого руки были свободные, набрать по дюжине камней, таким размером, чтобы помещались в ладонь.
Каменистые тоннели с россыпями щебня шли еще долго. За несколько дней они так приелись Зур’даху, что смотреть на них стало тошно. Одни камни-камни-камни. И в дополнение к этому, за несколько дней они не встретили ни одного источника воды, что не могло не расстраивать, потому что если не было источника воды, то не было и растительности, которую можно есть. Впрочем, зато и опасности не было, опасные хищники предпочитали иметь под лапой воду.
Свежесделанное оружие за эти дни им не пригодилось ни разу.
Зато Драмар подгонял их постоянно. А идти, постоянно спотыкаясь о камни, рассыпанные по полу в хаотическом беспорядке было изматывающе. Будто взбираешься вверх по скалам.
Одно Зур’даха радовало, старик шел очень уверенно, не блуждал по тоннелям, не петлял кругами, и с виду ни капли не сомневался в том куда идти. Он ни разу не проверил, в какой поворот свернуть, а вел их, будто по хорошо знакомому пути, останавливаясь лишь на отдых и перекус.
Долгих остановок не было: час-другой на сон, и всё.
Зур’дах уже привык к такому режиму. Поначалу это давалось тяжело, теперь же этих двух часов еле-еле, но хватало, чтобы восстановить силы.
В воздухе, наполненном каменной пылью, кроме старика кашлять начали все. Хуже всего дело, конечно, обстояло с маленькой Каей. Она кашляла кровью. Драмар постоянно промачивал ей горло, давал свою настойку, изредка нес на себе, укутав в ткань, чтобы она меньше дышала этим воздухом, но это помогало слабо. Под конец недели пути в этих пыльных тоннелях она уже не могла идти сама и вдобавок у нее начался жар.