После сотни таких ударов у Зур’даха онемели руки. Он запорол три камня. Другие, правда, еще больше.

Он оглянулся, — трудности по-прежнему испытывали все.

— А твари не сбегутся на этот шум? — спросил Саркх, сделав, как Зур’дах передышку.

— Об этом не беспокойся.

Драмар был немногословен. Просто ходил и подбадривал детей, попутно подсказывая где и под каким углом лучше ударить, чтоб откололся нужный кусок.

Пещеру продолжал наполнять монотонный треск стука камней и едкий запах. Старика это похоже, наоборот, привело в какое-то умиротворенное состояние.

— Вот, посмотрите, — встала Кая, которая тоже вызвалась делать заготовку.

Она протянула обтесанный камень старику.

— Хорошо, Кая, — похлопал он ее по голове улыбнувшись.

Зур’дах даже подумал что ему это показалось — настолько редко он видел улыбку старика, — С такой остротой ты, конечно, не прирежешь даже слизня, но вот пришибить точно сможешь.

Кайра и Скарик почти одновременно хохотнули. Остальные были погружены в работу, поэтому никак не отреагировали, продолжая долбить камни.

Старик подкинул увесистый камень в ладони.

— Садись, я доделаю.

Он сел в центре, и начал доводку камня, который ему дала девочка.

Зур’дах понял, что руки отбивать ему еще долго.

Почти три часа ушло у Зур’даха на то, чтобы сделать слабое подобие заготовки старика. По форме получилось похоже, но придать такую остроту, баланс и толщину он не мог. Не смог, впрочем, никто. Только у Кракха вышло лучше остальных. У него действительно получилось очень похоже, только опять же — остроты не хватало.

— Показывайте. — сказал Драмар, и все дети положили перед собой плоды трехчасовых мучений.

— Хорошо… Вернее, конечно, плохо, — поправился он сразу, — Но тут уж ничего не поделать, для первого раза сойдет.

Он тяжело и разочарованно вздохнул, подтаскивая к себе заготовки.

— Будем доделывать.

Половина камней оказались недостаточно острыми, а другая оказалась слишком грубой формы, поэтому сначала Драмар привел все заготовки в один общий вид. На это ушло не так много времени, потому что большую часть работы дети все-таки сделали, хоть и не лучшим образом. А вот чтобы довести каждый из наконечников до необходимой остроты потребовалось еще больше времени, ведь один неудачный удар — и кончик копья был бы безнадежно испорчен.

Старик не спешил и бил наверняка, без промахов и осечек. Заточив очередной наконечник он отдавал его ребенку.

— На, держи. — протянул он наконечник Кае.

Она надула щеки от удовольствия и крепко сжала его в ручках, как бы говоря: «Мое, никому не дам».

Так он раздавал наконечники одному ребенку за другим.