— Покажи? — схватила его за руку Кая.

Она вглядывалась в силуэт паука, еще четче проявившийся на ладони и на три круга.

— Интересно, а у тебя будет, как у Драмара, куча-куча кругов?

Зур’дах вздохнул. Тридцать кругов как у старика он на своей ладони и представить не мог — это казалось чем-то невозможным.

Единственное что ему не давало покоя — так это слова Драмара о том, что пауки редкость, а они идут и встречают их очень часто. Да, это не какие-нибудь огромные твари, но во многих из них есть ядра.

Это странно. Может старик просто ошибался?

— Пойдем? — спросила Кая, поднимаясь и отряхивая пыль с коленок.

— Да.

Впервые она сама рвалась вперед. Только через сто шагов, когда они вновь оказали у трупа паука Зур’дах понял почему — она ведь помогла ему убить паука, и поэтому была воодушевлена.

По дороге Кая набрала себе за пазуху несколько десятков камешков подходящих для бросков. И, как скоро оказалось, совсем не зря — им вновь начала попадаться различная живность. Не только пауки. В одном агрессивном существе неизвестного гоблиненку вида, они даже нашли небольшое, размером с семечко ядро. Зур’дах решил его прихватить с собой.

Наверное больше дня никаких пауков им не встречалось. Тоннель еще больше расширился и теперь достигал в ширину шагов двадцать.

Слишком большой. — подумал гоблиненок.

Однако вариантов свернуть куда-либо не было: не попадалось ни ответвлений, ни боковых пещер, лишь пару раз тоннель сужался.

Из еды у них по-прежнему были только грибы и мелкие личинки, которых особо успешно искала змейка Каи. Зур’дах их даже полюбил — на фоне одних грибов и парочки пойманных крыс, они казались вкусными.

Когда пошел третий день пути, Зур’дах окончательно понял, что надежда выйти на Драмара тает все больше и больше. Страх в глазах Каи, появлявшийся на остановках, говорил о том, что она тоже об этом думала. Зур’дах пытался ее как-то развлекать, отвлекать от грустных мыслей, рассказывать истории, даже начал делать более длинные остановки, вновь начал ее рисовать на полу — но это нисколько не помогало поднять ее настроение.

Чем дольше они шли — тем мрачнее она становилась. Несколько раз на нее накатывала такая волна апатии, что она просто отказывалась идти впереди ложилась на пол. Иногда поднять ее помогали напоминания о том, что ее сожрут, если она не будет двигаться, а иногда змейка притаскивала ей добычу и Кая немного приходила в себя. Но больше всего разгоняла ее апатию опасность, моменты когда на них нападали и она бросала в тварей камни, помогая Зур’даху.

На время гоблиненок просто перестал думать о Драмаре и остальных, потому что когда он о них думал — то погружался в такое же уныние как и Кая, просто ничем этого не выдавал. О старался думать о том, что успешно Поглощает ядра и его круги на ладони растут.