Стены и пол вокруг них казались безопасными, а по дороге не встретилось даже ни одной опасной твари. Правда, прежде чем они остановились в том месте, Зур’дах вместе с Каей прошелся вперед шагов на двести, проверяя, нет ли впереди чего, и только убедившись, что ничего впереди не затаилось они вернулись отдохнуть.

В самой же норке Зур’даху пришлось убить тройку неприятного вида паразитов с ладонь, которые застыли и не хотели уходить оттуда. После этого они с Каей со спокойной душой залезли внутрь. Зур’дах сжимал в руке и обломок копья и кинжал, чтобы быть готовым к бою.

Сначала он думал, что просто посидит и наберется сил, но его начало сильно клонить в сон.

Может…

Не спать!

Не спать!

Спать было нельзя. В любой момент могла возникнуть неожиданно опасность.

— Кая. — сказал он ей, — если заметишь что я засыпаю, тыкай в меня кинжалом.

— Может я просто посторожу тебя? Я спать совсем не хочу.

— Нет… Пока нет.

— Зур’дах, я смогу защитить тебя. — Она вскинула руку с обломком копья, — У меня есть оружие.

Гоблиненок не удержался и улыбнулся.

— Тебе нужно отдыхать, чтобы нога выздоровела. — с не по-детски серьезным лицом сказала Кая.

— Ладно тебе. — Отмахнулся он. Рану он считал ерундовой, хоть и неприятной.

На глазах Каи появились слезы. Она сжала кулаки.

— Знаешь, отчего умерла моя мама? — Выдавила она.

Зур’дах посмотрел на нее непонимающе, к чему это она. Он не знал.

— У нее была похожая рана на ноге.

Гоблиненок сглотнул.

— А потом она начала гнить и страшно пахнуть. А когда она пошла к знахарке, та ей сказала, что ногу нужно отрезать, но мама отказалась.

Кая сжала губы.

— Тогда она умерла, отказавшись лечить ногу — я не хочу, чтобы с тобой случилось то же самое!

Кая вдруг расплакалась так, как не плакала никогда.

Зур’дах, ошеломленный этим коротким рассказом, инстинктивно обнял ее. Он вдруг осознал, что ничего не знал ни про Каю, ни про Сарика, ее брата. Да и много ли он знал про других изгоев? — Ничего. Плакала девочка недолго.

— Ты будешь спать?

Соблазн был велик, гоблиненок и так лишь силой воли удерживал свои глаза открытыми.

— Я могу нас защитить, и если что я успею тебя разбудить. Давай.

Если я не посплю я не смогу идти.

— Ладно… — сдался он, — Только недолго. И смотри сама не усни.

— Ха! — выдохнула она и показала свою змейку, — Если что она меня сама укусит. Я ее не кормила.

Все это время она вела себя настолько тихо и незаметно, что Зур’дах даже забыл что она у девочки. Змея оплелась вокруг кисти будто толстый браслет, и только иногда открывающиеся глазки показывали что это живое существо. Гоблиненок вздохнул и положил голову на камень. Спать они могли только по очереди.