Толпа замерла. Девять оставшихся недовольных попятились.

— Кто-то ещё хочет обсудить режим? — спокойно спросил Квадрат.

Никто не ответил.

— Вот и славно. — Здоровяк повернулся к тенёчку у стены, где на перевёрнутом ящике сидел Долбоёб. Мертвяк лениво обсасывал чью-то кость и наблюдал за происходящим с выражением глубокой скуки. — Долб, эти парни устали. Кажется, им нужен отдых. Оформишь, если не сложно?

Долбоёб спрыгнул с ящика и неторопливо, вразвалочку, направился к кучке недовольных. Те снова попятились.

— Э, командир, мы ж ничего… — начал было один. — Мы ж как лучше для всех…

Но Долбоёб уже оказался рядом. Его рука метнулась вперёд с такой скоростью, что растворилась в воздухе. Схватив говорившего за горло, он рванул. Голова откинулась назад под неестественным углом, а из разорванного горла хлынула кровь. Боец даже не успел вскрикнуть и мешком повалился на асфальт.

Остальные бросились врассыпную. Долбоёб хищно оскалился и рванул вдогонку. Было видно, что ему это нравится. Он поймал первого в два прыжка, схватил за плечо и дёрнул. Рука отделилась от тела с мерзким треском разрываемых сухожилий. Боец заорал и свалился, заливая асфальт кровью. Второго мертвяк ударил ладонью в лицо с такой силой, что кости черепа хрустнули, как яичная скорлупа. Третий попытался увернуться, но Долб поймал его за ногу и швырнул в стену. Тот шмякнулся, будто мертвяк бросил не человека, а лягушку. Тело лопнуло, разбрызгивая внутренности по кирпичам.

Четверо оставшихся забились в угол двора, прижимаясь друг к другу. Долбоёб не спеша подошёл к ним. Он смотрел на них пустыми глазами, и в этих глазах не было ни злости, ни жалости, ни интереса. Только холод.

— Не надо! — закричал один. — Мы всё поняли! Мы будем…

Долбоёб схватил его за голову и сжал. Череп треснул. Кровь и мозги брызнули на лица остальных. Двое тут же вывернули желудки на асфальт. Последний просто сел и заплакал, как ребёнок. Блюющих Долбоёб просто забил ногами. Каждый удар крушил рёбра и разрывал внутренности, но мертвяк не останавливался. Он пинал их до тех пор, пока трупы не стали напоминать желейные манекены.

Закончив, Долбоёб посмотрел на плаксу и перевёл взгляд на Квадрата.

— Этого тоже? — прошипел он.

— Нет, — усмехнулся Квадрат. — Этого оставь. Пусть напоминает остальным, что бывает с теми, кто недоволен режимом.

Долбоёб пожал плечами и развернулся. Его руки были по локоть в крови, но он не обращал на это внимания. Просто пошёл обратно к своему ящику, сел и принялся вгрызаться в мясо оторванной руки.

Квадрат обвёл взглядом строй. Бойцы стояли бледные, молчаливые. Никто не шелохнулся и не произнёс ни слова.