— Хорош, — выдохнула Марго, и в её голосе впервые прозвучало что-то похожее на жалость. — Я думала, ты его сразу вырубишь.

— Я же говорил, — Игорь продолжал вводить спицу, не отрывая взгляда от лица Чугуна, — это искусство. Нельзя спешить. Нужно наслаждаться каждым мгновением.

Он провернул спицу внутри — и Чугун перестал кричать. Он просто открыл рот и замер, парализованный болью. Его тело била крупная дрожь. По ногам текла кровь, смешанная с мочой.

— Вот теперь всё. — Игорь вытащил спицу и небрежно швырнул её на пол. — Квадрат, можешь отпускать.

Чугун тут же обмяк, потеряв сознание, и его голова безвольно упала на грудь.

— Воды, — бросил Кочетков.

Марго вылила ведро ледяной воды ему на голову. Чугун дёрнулся и открыл глаза. Его взгляд блуждал по камере, ни на чём не фокусируясь.

— Эй, Чугун. — Игорь похлопал его по щеке. — Ты ещё здесь? Или уже улетел?

Чугун посмотрел на него. В его глазах больше не было ни злости, ни боли, ни надежды. Только бесконечная, всепоглощающая пустота. Он открыл рот, но не смог издать ни звука. Голосовые связки окончательно отказали от крика.

— Отлично. — Игорь выпрямился. — А теперь — финал. Квадрат, тащи ведро и камеру.

Здоровяк вышел и через минуту вернулся с оцинкованным ведром и штативом. В ведре плескалась всё та же коричневая жижа, уже подзагустевшая за несколько дней. Квадрат установил камеру, направил объектив на Чугуна. На экране загорелся красный огонёк записи.

— Сейчас ты будешь делать то, что я скажу. — Игорь встал рядом с камерой. — И это увидят все: и твои бывшие бойцы, и друзья, и даже враги. Слушай внимательно.

Чугун смотрел на объектив. Его лицо, покрытое коркой грязи и запёкшейся крови, не выражало ничего, потому что внутри уже ничего не было. Последняя опора рухнула в тот самый момент, когда в его тело вошла раскалённая спица.

— Подойди к ведру, — приказал Игорь.

Квадрат развязал верёвки. Чугун рухнул на пол, потому что ноги отказывались держать истерзанное тело. Он попытался подняться, но и руки тоже не слушались. Тогда он пополз. Медленно, сантиметр за сантиметром, волоча за собой бесполезные ноги. Он полз к ведру, оставляя за собой мокрый след из мочи и крови. А когда дополз, просто уткнулся лицом в холодный металл.

— Ешь, — приказал Игорь.

Чугун замер на секунду. Его отражение дрожало в мутной поверхности жижи. Он смотрел на себя и больше не узнавал. Заминка продлилась всего пару секунд, а затем он открыл рот и зачерпнул жижу ладонью. Поднёс это месиво ко рту и сунул туда целую пригоршню. Даже пожевал, прежде чем проглотить. Желудок скрутило спазмом, но он сдержал рвоту, отдышался и зачерпнул снова.