Лун надеялся, что не придется произносить это вслух. Ему и так было неловко.
– Нет, с Лавинат и хианцами там, в руинах.
Не взглянув на него, Нефрита глубже закопалась в мешке.
– Я предпочла бы подождать, пока мы не вернемся домой.
Лун такого не ожидал.
– Ты не хочешь со мной разговаривать.
Он готовился к разговору и всего лишь хотел с эти разобраться. От ожидания станет только хуже – во всяком случае, так всегда бывало.
Нефрита не подняла глаз.
– Да. Пока не хочу.
Лун решил настоять.
– Ни о чем?
Огорченная Нефрита, явно не желая беседовать, продолжала делать вид, что роется в мешке, где хранилось не более трех предметов и одно одеяло.
– Ну почему же. Можем поговорить о чем-нибудь другом.
Лун скрестил руки на груди, пытаясь подавить раздражение.
– Я сказал Ежевике, что заведу с ней выводок.
Нефрита оставила в покое мешок и начала притворяться, будто раскладывает одеяло.
– И прекрасно. Хороший выбор.
Лун так долго откладывал это решение – и не мог сделать выбор, и нервничал, поэтому надеялся на большую радость от того, что решение наконец принято. А отсутствие интереса не делало ситуацию менее раздражающей.
– У нас будет пять наставников, – сказал он. – Может, даже шесть.
– Хорошо.
Нефрита присела на корточки, проверяя, хорошо ли разглажено одеяло.
– И мы собираемся заняться этим прямо сейчас, на палубе, – добавил Лун.
Нефрита не выдержала. Вскочила и схватила его за плечо.
– Я просто устала, Лун. Можем поговорить об этом дома.
Лун ненавидел образ надутого избалованного консорта, убегающего в смятении, когда не получил то, чего хочет. И поэтому его лицо осталось бесстрастным, он не сменил облик и не разнес дверь на куски, выходя из каюты.
Он постоял на палубе, вдыхая прохладный и влажный воздух. Огонек и Ловкач, дежурившие на крыше рулевой рубки, настороженно наблюдали за ним. Потом он пошел повидаться с Шафраной. Лун не любил Шафрану, как и она не любила его, но однажды они вместе попали в плен к сквернам, и это создало между ними некую связь. Что-то вроде того.
Он нашел ее на корме у ведра с водой – Шафрана оттирала с гребней пыль. Несколько островитян сидели неподалеку и зашивали прорехи в ткани, защищающей окна от непогоды, а на наблюдательном посту на мачте сидел Поток, так что Луну пришлось понизить голос.
– Нефрита в плохом настроении. Она тебе что-нибудь говорила?
Шафрана бросила на него свирепый взгляд.
– Мы останавливались, лишь чтобы поохотиться и поспать.
Лун стоял и ждал. Долго, стараясь не отводить взгляда, Шафрана зашипела.
– Ей не нравилось иметь дело с кишскими земными. – Она качнула шипами. – Только и всего. У кого бы после этого не испортилось настроение?