Странно как-то — все знакомые деловые из спортивных секций. Дима с Жекой — боксеры, Слоник вольной борьбой занимался, Леха дзюдоист, это лишь те, с кем я в школе учился. Вот и Саша тоже, а нам так старательно вещали, что спорт это дисциплина и порядок. Может, в шахматах это и так, но наверняка натуру никакими тренировками не перекрыть.
Закончив, Леся предложила ему постелить в свободной комнате, а брюки кинуть замачивать, но Саша помотал головой, и кое-как натянув штаны довольно бодро ухромал вместе с Димкой.
Леська села смотреть свое кино, я вернулся за вычитку, но работать не получалось. Если подумать, мысль-то Могила выдал толковую — не знаешь как нужно, надо поглядеть на тех, кто умеет. Знакомых среди аферистов у меня нет, среди пацанов тоже никого по этому профилю, значит надо искать вне обычного круга знакомств. Кстати, есть дело, с которым лучше не затягивать, а то обидится.
— Лесь, у тебя знакомых колдунов нет, случайно?
— Не-а, только гадалка одна. Тебе зачем?
За спиной вдруг все смолкло, потом подруга протянула:
— Ва-аськин, ты что, решил наконец взяться за ум? Правильно, молодец, мы будем лучшей парой, даже лучше, чем Челентано с этой шваброй в «Блефе»!
— Лесь, я просто хочу устроить дяде Васе выступление. Надо денег на аренду зала и еще немного.
— Будет! У меня есть отличный план!
Мой скептический взгляд она проигнорировала, пришлось намекнуть:
— Я буду работать по своему плану. И мне нужно посмотреть, как это делают другие.
— Газету открой и выбери на любой вкус.
Об этом я как-то не подумал. Но в городской газете объявлений действительно обнаружилось несколько листов сплошь занятых исключительно колдунами, экстрасенсами и гадалками. Развелось, блин, прохиндеев! Честному фокуснику даже некуда приткнуться. Ну-ка, надо повнимательней изучить…
Леська тем временем рассказывала о своей прогулке.
— … и вообще, если мужик в тридцать лет не умеет целоваться, то это… Васькин, ты вообще слушаешь?
— Ага.
— И где реакция? Где ревность⁈ Тебе девушка говорит, что интересовалась, как кто-то целуется!
— Ну вот еще, тебя ревновать.
— Что, не достойна⁈
— Не в том дело — какой смысл? Куда ты от меня денешься?
— А вот и денусь… куда-нибудь…
Не отрываясь от газеты я протянул руку и успокаивающе похлопал по первой попавшейся части тела подруги:
— Лесь, полчаса тебя непривычный человек может вынести, но чтобы больше? Или сбежит, или ты его покалечишь. Не, только я на такой подвиг способен. Так и буду всю жизнь мучиться.
Она вдруг вскочила, хлопнула в ладоши и попыталась меня придушить. А потом убежала на кухню. Чего это с ней? Нет, девушки это здорово, но вечно у них какие-то глупости на уме.