— И не проси! Приносишь текст целиком и я лично, за руку тебя веду в кассу, но не раньше! А теперь вон — и чтобы через неделю финал был у меня на столе!

Г. А. рухнул в кресло, а стоящий перед ним тип, слегка пахнущий перегаром, печально покосился на меня и с гримасой утомленного величия вышел в коридор.

— Вы видели, Василий? С кем приходится работать!

— Это чего, «горящий»?

— Если бы! Это как раз настоящий писака: и может, и умеет, но ленивый как не знаю что! Не получается сюжет у него, видите ли, «творческий кризис» — аж мухи от дыхания падают. Принесли?

Я положил папку на стол и «безответственный редактор» тут же ее ухватил, быстро просмотрел листы, кивая, потом сунул в стопку таких же.

— Вы мой вечный бальзам на душу! Хоть кто-то работает как следует…

— Кстати, о работе…

— Вася… — он вздохнул и развел руками. — Ну нет в издательстве денег, нет. Есть бумага, есть новые отремонтированные помещения, есть даже контракты на приличные суммы, но живой наличности нет. Но точно могу сказать, что в начале января на нас прольется живительный поток.

— Январь далеко, новый год близко…

Он лишь снова развел руками. Ясно, если уж писателю не дали, то мне тем более ничего не достанется.

— Ну хорошо, тогда отработаете.

— Заинтригован и внимательно вас?

— Я хочу написать книгу. Сам! С нуля и до эпилога. Но не знаю, с чего начать и как это вообще делается по-настоящему. Так что консультируйте!

Г. А. сначала посмотрел на меня через очки, потом поверх них, затем вообще снял и положив перед собой осведомился:

— Василий, дорогой, зачем вам это? Вы замечательно работаете с текстами, даже Ионенко сумели перевести на человеческий язык. Я вижу прогресс — это верный кусок хлеба на всю жизнь! Потому что графоманы не переведутся, а им всегда будет нужен грамотный человек, способный работать их «творениями».

— Хочется писать книги самому и забирать всю кассу.

Редактор закатил глаза и вообще всячески выразил свое недоумение моим желанием. Но спустя пару минут однообразного «хочу сам!» все-таки сдался и нацепив очки обратно вскочил:

— Ну, что же, давайте, раз так неймется, помогу юному таланту. Суть работы очень проста. Смотрим вокруг — что видим?

— Ну… шкаф, стол, пишмашинка, окно, занавеска, еще шкаф.

— Убогое описание, но точное. И у каждой вещи может быть своя история! Возьмем, к примеру, шкаф! Внутри, — он открыл дверцу. — Полно всякого хлама. То есть тленных итогов писательской фантазии, аккуратно разложенных…

— Наваленных.

— Аккуратно наваленных на полки. Делаем предположение — среди них есть что-то ценное!