Это в самом деле так, дядя Вася учил меня мало, под настроение. Собственно, он толком обучил меня всего одной манипуляции: «таинственное появление из ниоткуда маленького предмета». Ну или исчезновение. Второе я решил демонстрировать на данных мне копейках и пятаках, за что однажды после уроков был бит всеми зрителями разом. Тогда от разъяренной толпы меня отбил наш главный школьный хулиган Димка, живущий в соседнем подъезде. Как раз после того раза я и потерял интерес к «магии». Хотя…

Я дернул рукой, ластик прошел между пальцев, потом скользнул в ладонь, еще взмах — чистая рука, ничего не было, вам показалось! Обычно этот фокус я проделываю с конфетой, но не у Леськи же на глазах? Отнимет, да еще и побьет. А это, между прочим, реквизит!

— Ну и черт с ними, с картами! — Лампа и книги были решительно сдвинуты в сторону, а сама подруга села прямо передо мной на рабочую тетрадь. — Можно ведь и что-нибудь другое придумать!

— Придумал. Отличный способ заработка — будем продавать тебя богатым старым извращенцам! — Я попробовал с намеком прогуляться пальцами по ее бедру, но был решительно остановлен:

— Хороший вариант, будет запасным, я только ножик поострее выберу.

Судя по тону она не шутила. Впрочем чего уж там, я точно знаю, что она не шутит. Это и пугает.

— Уголовница, ты давай лучше ложись, если телек смотреть не будешь. Пока заснешь как раз и придумаешь что-нибудь.

Леська на полуслове замолчала, зевнула и быстро обняв-придушив меня убежала в ванную. Ну что же, литературная нобелевка вполне подождет один день, полагаю.

За окнами было совсем темно, недавно выпал первый снег и сейчас из окон виднелось не унылое поле с цепью высоковольтных вышек и лесополоса за ним, а загадочная волшебная равнина. Действительно, наводит на мысли о всяком романтическом и таинственном, особенно если не знать, что по ту сторону деревьев — главное городское кладбище, краешек которого вполне различим и которое дало прозвище нашему микрорайону. Одно хорошо, мы там с детства играть бегали, так что никто из моих друзей мертвецов не боится.

Закрыв тетрадь и убрав беспорядок на столе я почистил зубы и лег к уже притворяющейся спящей Леське. Попытки поприставать были неумолимо отклонены. Предполагается, что я должен сам что-то осознать, это я уже в курсе. Вообще, я никак не соображу, что у нас за отношения — когда-то честно предложил ей выйти за меня, но получил только фингал и двухдневное недовольно шипение в духе «я не такая».

Повернувшись к девушке спиной и закрыв глаза я стал ждать. Минуту спустя она дернулась ко мне, поцеловала в щеку и снова отвернулась. Еще через минуту проверила, сплю я или нет, рыкнула что-то недовольное. Следующие десять минут, легко отсчитываемые по тиканью будильника, Леська вздыхала, вертелась, опять вздыхала.