Глупыми себя не считал никто, так что мигом стали обсуждать версии, постепенно скатившиеся к вариантам одного вопроса: «когда выдадут зарплату?», «зарплату вообще выдадут?» и «если выдадут, то сколько?» На этот вопрос я частично знал ответ, встретив с утра неожиданно появившегося в институте племянника замдиректора и прижав его к стенке с расспросами. Парень, морщась, подтвердил ходивший слух… впрочем, он явно был готов подтвердить что угодно, лишь бы я не выдавал его на расправу милейшей Софье Марковне. Уволить его даже за прогулы она бы не смогла, но вот прочитать часовую нотацию — это легко. Или двухчасовую. Так что он, помявшись, сдал дирекцию с потрохами.

— Время идет, дамы! Давайте несложный и действительно интересный вам вопрос!

— А как насчет…

— Тихо! Всем молчать! — Начальница вдруг вскочила, подняла руки и замахала на остальных. — Тихо, а то просрете! Слушай, Птахин, давай спроси — Валентино вернется к Альберте?

В суть вопроса я въехал не сразу.

— Кто? К кому⁈

— Да Валентино же, Кальери!

— К Альберте де Эсперанца, любовнице своей бывшей!

Имена были незнакомые и ничего не говорили. Спасла Наташа:

— Вась, это из сериала «Биение сердец», на пятом канале идет. Бразильский.

Гхм. Однако! Ладно, попробуем.

Да или нет? Я мыльные сериалы не смотрел и Леська тоже, так что даже не знаю, куда монетки класть. Ладно, раз Бразилия — значит мыло, а если мыло — то значит сколько бы не возвращался — уйдет, а сколько бы не уходил — вернется. С этой мыслью я поднял руку с зажатыми монетками над листом, закрыл глаза, несколько раз с видимым напряжением вздохнул, а потом с размаха припечатал мелочь к листу! Женщины, видимо ожидавшие чего-то другого, разочарованно загалдели. Как обычно, чем проще фокус тем больше сомнений в мастерстве артиста. Одна из дам тут же подтвердила эту мысль:

— Так каждый может.

Но обращать внимание на провокации из зала я не буду. Сделаю другое — отступив от листа сложил руки на груди я сказал:

— А теперь смотрим, куда упала самая приметная монетка.

— Как это?

— Ну, чем-то отличающаяся от других. Судьбе же надо как-то дать знак, а монеты все одинаковые. Эй, аккуратнее, смотрите что откуда берете!

Вся лежащая на листке мелочь была тут же тщательно изучена. Самыми необычными оказались две монетки лежащих на участках «да» и «нет». Обе были с характерными царапинами, на других ничего подобного не наблюдалось. Противоречивость ответа вызвала новый всплеск шумных вариантов, от «да врет он все» до «тут какой-то смысл, надо подумать». Споры оборвала все та же старшая: