Царёв с зеленым лицом вывалился из транспорта:

— Никогда… Никогда меня в авто не тошнило, и морской болезни не было, но это… Это чудовищно! За каким чертом, шеф, нам может еще раз понадобиться этот монстр?

— Как думаешь, если мы будем перемещаться на нем по городу, запомнят нас или шушпанцер Федота?

— Однако!.. — задумался Иван. — Но с запахом ему нужно что-то делать.

На Главпочтамте меня ждала телеграмма от Ротмистра.

«полная свобода действий сбереги ассистента верь ветеранам двигайся цели» .

Жив, чертяка, наш заговоренный Феликс. Суету наводит, на уши всех ставит… Свобода действий, значит? А сразу почему нельзя было все откровенно рассказать? И про готовящееся покушение они наверняка знали, но заигрались, проворонили! Сейчас наверняка чисткой рядов опять занялись, носами землю роют! Но про джаз — ни слова. Может — не понял, а может — не поверил. В конце концов, товарищ Саламандра — хищница матерая, там и алиби, и легенда, всё будет — комар носа не подточит! Ветераны? Привлечет кого-то из наших общих знакомых для связи со мной? Отличный ход, тот же Дыбенко был бы в таком деле просто незаменим. А «двигайся к цели» — это значит, что путешествие в Шемахань продолжается…

Царёв в это время читал «Курьер», привалившись плечом к стене.

— Смотри что пишут, — сказал он. — Императора прооперировали, состояние стабильно тяжелое. По всей стране — молебны о здравии. Дела!

— Как думаешь, выживет? — спросил я его и по-дурацки хохотнул.

Иван ощупал себя, закатил глаза, как будто прислушиваясь к внутренним ощущениям и сказал:

— Думаю, шеф, за исключением смерти от голода и жажды, Его Величеству мало что угрожает.

— Тогда — вперед, друг мой, в «дИшОвые нУмера», а потом — искать обед!

На удивление — в «нУмерах» было даже чисто. Комнатки крохотные, но -две кровати, стол, стул, гвозди, вбитые в стенувместо крючков. Замок и засов на двери. Большой сундук, гигантский — опять же с замком — для вещей.

— Посуточно или за неделю оплатите? — уточнил совсем юный портье.

— Посуточно. Ванная, душ — что-то такое есть?

— Душевая в конце коридора, — он замялся. — Ночью туда лучше не ходить… Вообще, лучше ночью из номера не выходить, если проблемы не нужны. Ой, хозяин меня убьет за то, что я это вам говорю. Клиентов отпугиваю…

— А мы пуганые, не переживай. И хозяину твоему ничего не скажем.

Портье покосился сначала на разбитую физиономию Царева, потом — на мою орденскую ленту и понятливо кивнул. Всё-таки кавалер Серебряного креста — это особый статус и особое отношение. Ну, и лихая рожа — тоже.

— И в сундуке ничего ценного не оставляйте. Одежду не украдут, саквояжи и пайку — тоже, а что поменьше да подороже — как пить дать стибрят! — дал еще один добрый совет этот работник сферы услуг.