— Ты всё-таки считаешь, что в графстве расхаживает некромант? Если да, то как он всё это время скрывался от всех?
— Есть подозрения, что он прячется на виду, — меня этот вопрос волновал не меньше Абросимова. — Возможно, занимает высокий пост…
— Кхм-кхм, — обратил на себя внимание Шпеер. — Есть кое-какие соображения, теория… Кажется, я понял, откуда взялся некромант, но вперёд спрошу: Владимир Денисович, вы подозреваете Остроградского?
И разведчик, и учёный напряглись, ведь такой исход означал бы колоссальные последствия для региона, вплоть до ввода императорских войск, потому оба облегчённо выдохнули, когда я отрицательно покачал головой.
— Нет, это не Павел Викторович.
— Откуда такая уверенность? — поинтересовался Юра.
— Я… Я могу распознать, кто некромант, а кто нет.
— Серьёзно?
— Я ж Ведун, — но этого оказалось недостаточно, потому пояснил. — Вокруг них другое ментальное поле, если конкретней — его нет, они же мёртвые, а я такие вещи сразу чую.
— Слава те, Господи, — перекрестился РГОшник.
— Карл Олегович, так что по поводу вашей догадки? — напомнил Абросимов, и мы уставились на замявшегося учёного.
Казалось, он стеснялся вытаскивать из шкафа этот забытый всеми скелет, но, видя, что ротмистр так просто его не отпустит, Шпеер заговорил.
— При нынешней охране ни один некромант не пройдёт через крепость и сложную систему подземелий, но так было не всегда, — ответил Шпеер. — Феномен врат открыли всего каких-то двадцать лет назад и первые наши попытки… Их стыдно вспоминать, нас ослепила алчность и беспечность. Магия тогда была редкостью, и можно представить, что творилось: хаос, спекуляции, дикая колонизация, люди сколачивали целые состояния всего за пару месяцев! Казалось, что этот рог изобилия никогда не кончится. Врат открывалось всё больше и больше, надо было спешить, наращивать могущество, пока соседи не вникли в принципы этой магтехнологии… — он кашлянул в кулак, делая паузу — Мы так расползлись вширь, что один точный удар сдвинул всю махину, как домино, тысячи людей остались навсегда в Межмирье. Какие-то дураки тайком полезли в красные и чёрные миры, погибли и случился прорыв, потом другой, третий — это был нескончаемый ужас. Пришлось ввести смертную казнь за самовольное развёртывание врат. Наше незнание и переоценка собственных сил сыграли с нами злую шутку, — горько усмехнулся Шпеер. — Это потом уже появилась классификация миров, храмы и прочие предосторожности. Я допускаю, что есть вероятность, что один или несколько некромантов с того времени всё же остались в нашем мире и растворились среди местных.