— Здрасьте! — добродушно улыбнулся Лёня и продолжил изучать витрину с плеерами.

Не совру, если скажу, что не собирался никого пугать. То есть я не специально притащил в салон своего друга-великана. Он сам зашёл! И вообще, если дело вдруг дойдёт до драки, то я и сам неплохо справлюсь. Однако мой дорогой куратор всё равно остался под впечатлением и теперь посматривал на Гуляева с опаской.

Видел перед собой гору плоти и даже не представлял, насколько эта плоть нежна, ранима и чувствительна. Видел бы он, как вчера Лёня убивался из-за своего дегенеративного кота, думаю, резко поменял бы своё мнение.

— Что с расчётом? — не расшаркиваясь, перешёл я к главному.

— Пойдём, — Антон Викторович кивнул на подсобку. — Поговорим.

— Поговорим, — согласился я.

Куратор сел напротив меня, а я сел напротив куратора. Всё прям ух как официально. И сразу же становилось понятно, что впереди назревают серьёзные переговоры… пускай и в сомнительных декорациях. На столе перед нами валялись грязные контейнеры от бичпакетов, а вон там, на дверце шкафчика, сушились Мишкины носки. Причём сказать про них «висели» я не могу. Носочки были осенние, крепкие, в тонусе. Так что они скорее держали планку на перекладине нежели просто висели.

— Итак?

— Алексей, я согласен сделать вид, что ничего не было.

— Во как. А я не согласен.

— Алексей, я всё прекрасно понимаю, — куратор, по всей видимости, пропустил мою реплику мимо ушей. — Ты устал. Возможно, какие-то проблемы навалились. Но я настоятельно рекомендую тебе не рубить с плеча. Возьми отпуск, приведи голову в порядок и возвращайся на работу.

— Не-не-не-не.

— Алексей, подумай. Оно того действительно стоило? Стоило столько терпеть, чтобы уволиться прямо перед тем, как всё наконец-то станет хорошо?

— Чего? — не понял я.

— В офисе поговаривают о том, что скоро отменят систему штрафов…

— Ха…

— … и поднимут процент от продажи аксессуаров…

— Ах-ха-ха-ха!

— … что до нашей точки, то тут тоже скоро всё устаканится. Сейчас ещё пару людей наймём и появятся выходные…

— Ах-ха-ха-ха-ха-ха!

— … будешь работать как белый…

Тут Антон Викторович запнулся и не смог сдержать улыбку. Но, к своей чести, продолжил:

— Как белый человек работать будешь. А там, глядишь, и повышение, и карьера… Самарин, сука, ну чо ты ржёшь⁈

— Карь-е-е-е-ера! — выдавил я сквозь смех. — Ах-ха-ха-ха!

— Ну да, карьера… а ты… ха… ах-ха-ха! — тут куратор всё-таки сломался и заржал вместе со мной.

В итоге угорал до слёз, держался за живот и умолял меня прекратить.

— Ху-у-у-ух…

— Ну а теперь давайте серьёзно, — признаться, я и сам слезинку проронил. — Вы придумали, как меня уволить? Потому что давайте по-хорошему, ладно? По-человечески. Мне ведь и самому доносы писать гадко, и вам «карьеру» рушить не с руки. Мы ж не враги, если разобраться.