— Эть! — крякнул я. — Взяли-взяли! — и пока Марчелло контролировал лебёдку, мы втроём перетащили одну из труб, что осталась позади, «Волге» прямо под морду. Лёня за один конец, а мы с Вадимом за другой.
— Хорошо идём!
Внутри у барбухайки, конечно же, прибрались. Ехать всё-таки предстояло не меньше восьми часов и хотелось бы провести это время в комфорте. Мусор и листву выкинули, стёкла помыли, а по сиденьям прошлись специальной ротанговой хлопушкой для выбивания ковров. Короче говоря — нормально. Не бизнес-класс, конечно, но в нашей ситуации выбирать особо не приходится.
— Чур я первый сзади еду! — крикнул Лёня.
Весело расхохотался, вскочил на платформу и залез в «Волгу».
— Ы-ы-ы-ы, — довольно протянул Марчелло, фиксируя ремни. — Жесть как она есть. Люблю такое. Вы только это, — обернулся он на меня. — Сиденья максимально опустите и лежите, чтоб вас гайцы не заметили. Документы-то хрен с ними, скажем что металлолом. А вот за езду в буксируемой тачке могут и штрафануть.
— Не ссы, Андрюх, — уверил я. — Всё нормально будет, — и сам полез на платформу.
В следующие пять минут мы окончательно погрузились и расселись. Шутки ради я отправил отцу сообщение: «Сделано», — а затем эвакуатор выехал со двора…
— … а я всё равно уверен в том, что ты не прав, — твёрдо заявил Лёня.
Внезапно оказалось, что передние сиденья ГАЗ-3110 не предназначены для сна. Складывались они исключительно вперёд, для перевозки особо длинных грузов. Поэтому я сейчас лежал на водительском и пассажирском, а Лёня с комфортом оккупировал всё заднее сиденье. И вот так, глядя в потолок, мы вели самый важнейший спор из тех, с которыми только сталкивалось человечество.
На повестке дня стоял вопрос: кто такой ортодонт?
— Ну ладно! — никак не мог смириться Гуляев. — Хорошо. Допустим это действительно врач. И что он в таком случае лечит?
— Не помню, — честно признался я.
— Во-о-о-от! А не помнишь ты потому, что нет таких врачей! Ортодонт — это динозавр!
— Лёнь…
— Чо⁈ Игуанадонт тоже, по-твоему, врач⁈
— Игуанодон, — поправил я. — Без «Т» на конце.
— А знаешь, что? Давай так: когда вернёмся домой, вместе пересмотрим «Парк Юрского Периода» и ты сам убедишься, что несёшь чушь. Я чётко помню, что там была целая сцена с ортодонтами. Они там ещё такой чёрной жижей учёным в лицо плевались.
— Забьёмся?
— А давай!
Между сидений показалась пухлая рука Гуляева.
— На что спорим? — будучи человеком азартным я тут же схватился за неё, а вот дальше…
Договориться о деталях спора нам было не суждено, потому что рукопожатие разбила кочка. Точнее, это я сперва так подумал. Затем эвакуатор чуть накренился в правую сторону и нас начало нехило так трясти.