В итоге день рождения отмечали в одной из первых городских сушилен, на первом этаже свеженького ТЦ.

Почему именно сушильня? А вот потому что. Медитации, которым я стабильно уделял по часу в день перед сном наконец-то принесли первые плоды. И из всего архива утерянных данных мне подвернулась информация о том, что расцвет японки в России — лучшее время для её потребления. Народные умельцы пока что не успели импортозаместить, — а заодно и испортить, — продукты, сушистов как правило учат настоящие приезжие японцы, а рецепты оригинальны и не адаптированы под извращённые вкусы нашей публики, — так что при упоминании запечённого ролла с курицей или беконом вас могут счесть душевнобольным.

Так что вперёд и с песней!

И было оно интересно. Ведь несмотря на столь обширные знания, по факту я пробовал суши первый раз в жизни. Так же, как родичи, и так же, как Дэн. Ужин автоматом превратился в формат дегустации чего-то совершенно нового, а ведь это завсегда весело!

Есть что обсудить, и есть чему удивиться.

А сколько всего было сплюнуто? И не упомнить даже. Но острее всего батя отреагировал на суши с лакедрой — стоило деликатесу только попасть в рот, как Павел Геннадьевич изобразил из себя живородящую сову во время схваток. Чуть не вытошнило бедолагу. Ну и отдельного упоминания, конечно же, стоит васаби. Как нормальные адекватные люди, мы с Денисом и отцом начали косплеить Жана Рено из одноимённого фильма, и есть японский хрен пальцами. На спор, конечно же — кто больше в рот натолкает, тот и молодец.

Сквозь слёзы и боль в затылке я всё-таки выиграл, а вот прикол имбиря никто из нас почему-то не понял.

— Чувствую себя алкашом, — нахмурившись, комментировал отец. — Как будто что-то парфюмерное в рот засунул. Чувствуете, да? Ну одеколон же!

Итого мы втрепали большой сет суши, несколько классических роллов, шашлычки-якитори и перепробовали весь аутентичный алкоголь в заведении. Саке ожидаемо не понравилось никому, японское пиво в один голос было окрещено необоснованно-дорогой кислятиной, а вот сливовое вино Ольге Санне очень даже зашло.

Ну а сам ужин, как несложно догадаться, был одним из подарков. Мужская половина семейства Самариных в кои-то веки скооперировалась, скинулась и даже подумала головой. Так что подарки у нас в этом году были коллективными. Ужин — раз, серьги из белого золота — два, абонемент на посещение спа-салона — три.

Абонемент, к слову, на двоих человеков.

И чтобы подчеркнуть собственное бескорыстие отец сразу же заявил, что ни на какие шоколадные обёртывания не пойдёт, и в гробу он это всё видал, а мать пусть ищет себе на это приключение подругу.