— Вот вы где! — нагло подвинув худощавую девушку на диванчике, на него взбудоражено рухнул кучерявый паренек. Хотя двадцатипятилетнего оболтуса уже должно было звать мужчиной. Но здешней тусовке так было не принято. Ты оставался молодым до тех пор, пока не просаживал полностью печень или твой облик не становился предельно старческим. Ну, или заканчивались деньги на подтяжки и уколы.

— Стас, тебя, где носило? — девушка в строгих очках пригубила из трубочки, не отрывая красивых глазок от планшета. — Не видишь, что творится?

— Сейчас вижу. Это же, когда тут бывало столько народа? Дым коромыслом! Меня охрана в кои веки пускать не хотела, пришлось показать фотки с сыном губера.

— И как?

— Нашлись общие знакомые по клубу.

— Ты все еще ходишь дрыгать ногами и бить людей по голове? — удивилась девица с разноцветными волосами. Ей уже было явно под тридцать, но она старательно держала образ девушки-подростка с присущим им чудачествам.

Стас нахально иронично оглядел компанию переростков:

— Как видишь, нынче это помогло. Чего такие, вааще, хмурые?

— А чему радоваться? Завтра всех в законный выходной на работу вытребовали.

— Тебя-то зачем? Ты же о рыбках пишешь.

— О китах, идиот! Которых губят наши олигархи.

Девушка в очках, наконец-то, подняла глаза на вновь пришедшего:

— Стас, ты совсем дурак? А как же корпоративность?

— А с каких пор «зеленых» касаются военные действия.

— Ничего те не понимаешь.

— А чего непонятного! — самая страшная из девчонок оказалось и наиболее желчной. — Их штопаной редакции западные доброхоты финансирование уменьшат, и руководству придется решать — кого за борт, а кто останется шефу оральное удовольствие доставлять.

— Лида, ты совсем охренела⁈

Лидия злобно ухмыльнулась. Вот тебе зараза очкастая! А то вечно изображает из себя недотрогу!

— Считаешь, что у тебя губки самые сладкие?

Девушка в очках подскочила и выплеснула содержимое дорогого коктейля в лицо обидчице. Стас и еще один парень тут же встали между девушками.

— Брек! Вы чего, девчули?

— Стас, лучше отойди.

— Она уже свое получила, Анжела.

— Давай, Стасик, вдруг и тебе обломится с какой-нибудь стороны пристроиться!

— А я что? Я не против.

Анжела бросила на кучерявого нахала разгневанный взгляд:

— Ты долбанный сексист! Вам только одно нужно.

Сидевший в углу пухленький уютный паренек поджал плечами:

— И что в этом плохого? Все по итогу получают удовольствие.

— Ты откуда знаешь? — бросила Анжела в его сторону полный негодования взгляд.

Веселья добавила разноцветная Камилла:

— Так Пончик всех вызванных им проституток называет Анжелой.