Его грозный инструктор на срочке гвардеец Добдыбайло за такую стометровку в бронежилете, да с автоматом и кучей всего, что в этот момент бряцало по телу, точно бы зауважал. Казалось, что в ушах фельдшера раздался хлопок от преодоления звукового барьера, а сам воздух сгустился как-то кисель. Да нет, это просто бабахнуло позади. «Камикадзе» только что ухайдакал их верную «боевую подругу». Твою же налево! Сумка! Сохатый рванул обратно к машине. Нет, писец коняге! Вон как разгорается, бедолага китаёзная. Торговать еплом дальше не стоило, их срисовали, и первые мины по их душу уже рассекали стылый воздух чернорусской осени.

Потому фельдшер батальона стремглав рванул к домику. Первый разрыв мины раздался метрах в двадцати. Но от осколков его пока защищала горящая «Буханка». Ноги сами понесли фельдшера к первой же попавшейся двери. Сука! Шесть «миротворцев» тесным стадом испуганно замерли в гараже. Эпический сюжет! В стоящей рядышком утлой летней кухоньке глаза тут же уперлись в лежащие прямо на плите 120-мм мины.

«Епический случай! Как так то?»

— Соха, ччё делать будем?

Глаза у водилы округлились до размера чайных блюдец. Писец подкрался еще ближе, заглядывая буквально в очко.

— Давай в хату!

Рядом со стеной раздается еще один взрыв. Фигачали не менее чем 120 мм.

«Нащупали, байстрюки!»

Все, кто был в доме, попадали на пол и ползли к стенам. Разом испарилась былая медлительность. Жопа жить хочет!

— Сюда!

Маленькая комната с единственным окошком и железной печкой показалось классным местечком, но это пока Сохатый не поднял глаза на потолок.

— «Епать-колотить, а его и нет вовсе, один битый шифер!»

Снова гремит и фельдшер очухивается уже в комнате с заваленным землей полом. Ховаться лучше возле несущего угла. И еще правильней закрыться вот этими лежащими в беспорядке пеноблоками. Зарывшись по самые уши в говнобетон, Сохатый сквозь зубы проклинал епучие летаки и епучие мины, что устроили смертоносный хоровод вокруг их жалкого домишки. Досталось и епучей пехоте, что слишком долго копалась с погрузкой.

Вечером фельдшерскую группу в составе Сохатого и водилы сгоревшей «Буханки» эвакуировали в расположение разведывательного батальона «Парсы». Итог ротации — минус вездеход Скорой — одна штука, фельдшерская сумка — одна штука, и рация — одна штука. Перед тем как ему налили, Сохатой выказал вслух командиру заменяющей их роты «миротворцев» все, что он думает насчет идеи использовать Скорую в качестве маршрутки. До драки дело не дошло, ибо сослуживцы знали характер немногословного фельдшера и тут же убрали охреневшего от нарушения субординации старлея-гвардейца от греха подальше.