— Что-то Маша Арбатевич у нас устала.

Подвизавшиеся на ниве литературы восторженные почитатели поэта дружно повернулись к соседнему столику. Известная стране скандальная феминистка так склонила голову, что, казалось, и вовсе уснула. Сидевший на другом конце диванчика записной патриот Святогор выглядел одновременно изрядно пьяным и трезво задумчивым. Как это у него получалось, никому не было ведомо.

— Укатали Сивку крутые горки.

— Там не горки, а качели. И такие, я вам скажу, занятные.

— Вы серьезно?

— О, наш Святогорчик в этом деле большой затейник. Как-то я была у него на квартире…

Вся компания дружно уставилась на сухопарую, как доска Инну Каренину, и в их глазах читалось явное недоверие. Вряд ли записной красавец, да еще и посконный патриот клюнул бы на такое унылое чудо. Хотя кто его знает, славянофильского извращенца. Потому рассказ похотливой суфражистки беспардонно прервал Василий Телятин:

— Успокойся, Инночка, у них проблема вовсе не в этом. Просто Светоша наш нонече оказался за бортом, вот и скучает, бедолага. Даже похотливые Машины чресла его нисколечко не забавляют. А твои уже тем более.

Сидящие скабрёзно засмеялись, пряча друг от друга глаза. По количеству извращений этот столик мог дать фору всем остальным в кафе. Хоть сериал снимал для определенного рода публики. Внезапно Святогор ожил и злобно уставился в их сторону. Затем он схватил налитую рюмку водки, опрокинул в себя и с проворной грацией ресторанного танцора подскочил к «поэтическому обществу».

— Над кем смеетесь? Над собой смеетесь! Твари неблагодарные! Родина в опасности, все в окопы!

Василий с ухмылкой наблюдал за раздухарившимся «официальным патриотом» столицы. Даже в самые гнусные времена засилья либерясни все центральные каналы и издания были ему открыты. Так сказать, для плюрализма мнений. И бородатый трепач всегда набирал у пиплоса массу очков. Как, впрочем, и бабосиков.

— Светыч, чего, не взяли? Бедолага…

Патриот мигом потух и сник.

— Суки пархатые, блядский Сотоцкий! Это он украл у меня идею!

— Да ладно тебе. Кому твой Евроазиатизм нужен? Лучше выпей.

— Позвольте, — дебелая дама в неуместных обстановке мехах решила возразить. — Пан Сотоцкий потомственный шляхтич!

Святогор принял от Телятьева стопку холодной водки, выпил и замахал руками:

— Да какая в жопу разница! Все они там наверху спелись и в задницу долбятся!

— А тебе и завидно!

Бородач замахал руками:

— Вася, это уже по твоей тематике! Лишнего на себя брать не буду. Групповушкой баловался, малолеток трахал, но содома не допускал.

— Бля, а я его водкой еще пою! Неблагодарный!